Между тем, судороги Рапп Рутта становились всё заметнее и продолжительнее. Ромм уже не чувствовал его первоначального сопротивления и даже складывалось впечатление, что анхеот уже просто висит на его руках.
Такое впечатление, что вот-вот упадёт. Всплыла у Ромма мысль досады. Может попробовать нести? Не такой он уж и тяжёлый.
Остановившись, он резко переместил свои руки и анхеот оказался у него на руках. Ромм невольно бросил взгляд на его лицо, оно выглядело настолько неприятно, что он механически передёрнулся.
Не умер бы. Скользнули у Ромма следующие мысли тревоги. Тогда уж точно не выберемся отсюда. Илия найдёт лишь два трупа. Вот будет рада, обшарив меня. Размышлял он, быстро перебирая босыми ногами по прохладному полу. Интересно – бриллианты у них имеют какую-то цену. Может зря я связался с их бумажками?
Когда Ромм дошёл до двери, Рапп Рутт совершенно затих и испугавшись, что анхеот, действительно мёртв, Ромм осторожно встряхнул его. Рапп Рутт пошевелился и промычал что-то нечленораздельное. Поставив ноги анхеота на пол, Ромм взял его под руки и тряхнул уже основательно - Рапп Рутт зашевелился, несколько раз дёрнулся и покрутил головой.
- Где я? - Донёсся его, едва слышимый, голос.
- Перед дверью. - Грубым резким голосом заговорил Ромм. - Открывай, пока я тебя по ней не размазал.
Голова Рапп Рутта вновь закрутилась, видимо он пытался осмотреться. Затем он уставился в какую-то точку на стене, рядом с дверью, раздался едва слышимый щелчок и дверь медленно поползла в стену. Она была такой же массивной, как и противоположная. Не мешкая, Ромм толкнул анхеота в проём и шагнул за ним сам.
Едва Ромм оказался за проёмом, как у него за спиной раздался протяжный свист. Он так резко оглянулся, что хрустнули шейные позвонки - дверь, через которую они только что прошли, была закрывалась.
- Проклятье! Зачем закрыл? - Процедил он, поворачивая голову к анхеоту, встряхивая его.
- Там излучение. - Голос Рапп Рутта зазвучал уже увереннее. - Оно опасно.
- Какая- то ерунда. - Ромм отпустил Рапп Рутта и шагнул в сторону от него, совершенно не беспокоясь, упадёт анхеот или нет - анхеот пошатнулся, но устоял. - Ты никогда не говорил ни о каком опасном излучении для себя, хотя прошёл сквозь не одно. - Ромм закрутил головой, осматриваясь.- А здесь, вдруг, коленки затряслись. - Он широко усмехнулся своей шутке.
- Этот спектр разрушает наш организм. Он неприятен мне. Уверен и тебе тоже. - Негромко произнёс Рапп Рутт.
- Я не почувствовал никакого вреда. - Ромм приподнял свои руки, будто желая показать анхеоту, что с ним ничего не произошло и вдруг, увидел, что они обсыпаны, будто красным песком. - Чёрт! - Он механически поводил пальцами по рукам - песок ссыпался на пол. - Ну и ну! - Глубоко и шумно вздохнув, он вновь осмотрелся.
Этот зал бы гораздо больше и светлее зала с той стороны реактора. Стена обращённая к реактору была утыкана не меньшим количеством терминалов и индикаторов, чем в прежнем зале. Но и противоположная стена тоже была не безликой: по всей её длине тянулся ряд плоских видеотерминалов, на которых отображались какие-то залы, здания, улицы. Илия оказалась права, говоря о терминалах. Насколько Ромм понял, на центральном терминале, самом большом, отображался реактор. Но больше всего его внимание привлёк один из крайних терминалов - на нём отображался, скорее всего, большой ангар, в котором стоял причудливый полуовальный летательный аппарат серебристого цвета. Никого из турутов рядом с летательным аппаратом не наблюдалось. Ромм направился к этому терминалу.
Подойдя, он увидел в нижней части терминала несколько рядов тёмных прямоугольников с рядами белых символов на них. Один из прямоугольников был инверсного цвета. Ромм вчитался в символы нескольких прямоугольников. Их аббревиатура ему совершенно ни о чём сказала. Скорее всего это были сокращения названий определённых мест бункера. Некоторые прямоугольники имели широкую окантовку. Ромм ткнул пальцем в один из таких прямоугольников: изображение на терминале сменилось - это была какая-то тёмная комната, так как её обстановка в ней едва просматривалась. Вместе со сменой изображения сменились и символы в прямоугольниках. Ромм, по очереди, ткнул пальцем в несколько прямоугольников - изображения на экране тут же менялись, но все они отображали темные комнаты, с едва просматриваемой обстановкой. Что из себя представляли эти комнаты понять было невозможно, но все они были безлюдны. Дотронувшись ещё до нескольких прямоугольников, Ромм вернулся к первоначальному изображению и вновь принялся вчитываться в символы на прямоугольниках, пытаясь осознать их смысл.