Внутренняя планировка домика оказалась очень простой. Коридор проходил от одной стены до другой, разделяя строение на две приблизительно равные половины. Кухня находилась сзади слева; рядом с ней разместился небольшой обеденный зал. Справа была такая же скромная гостиная. В дальнем углу примостилась крошечная прачечная. Простая деревянная лестница справа вела на второй этаж, к спальням. Но Чарли ничего этого не замечал, потому что все его внимание было приковано к обеденному залу. Он ошеломленно таращился на компьютер, принтер, факс и коробки с папками. Подойдя ближе, перевел взгляд на доску с закрепленными на ней фотографиями и газетными вырезками.
Бесшумно шевеля губами, Чарли стал читать заголовки статей. На фотографиях главное место занимало лицо Лу-Энн. Тут была представлена вся ее история: убийства, выигрыш в лотерею, исчезновение. Что ж, это подтвердило подозрения Чарли. Теперь оставалось выяснить, кто этот человек и, гораздо важнее, что ему нужно.
Чарли медленно обошел комнату, осторожно беря тут и там различные документы, рассматривая газетные вырезки, изучая содержимое папок. Он прилежно высматривал все, что могло бы указать на личность неизвестного, арендующего домик; однако ничего не было. Этот человек определенно знал свое дело.
Подойдя к письменному шкалу, Чарли осторожно выдвинул ящик. Лежащие там бумаги не сообщили ему ничего нового. Он осмотрел остальные ящики — с тем же результатом. У него мелькнула было мысль включить компьютер, однако его опыт общения с такой техникой практически равнялся нулю. Чарли уже собирался приступить к осмотру остальной части дома, но тут его внимание привлекла одинокая коробка в дальнем углу. Он рассудил, что нужно заглянуть и в нее.
Едва Чарли снял крышку, как у него непроизвольно задергались глаза. С его уст слетело практически беззвучно слово «черт», а ноги угрожающе задрожали.
Перед ним лежал один-единственный лист бумаги. На нем были аккуратно перечислены имена. Среди них было и имя Лу-Энн. Почти все эти имена принадлежали людям, которых Чарли также знал: Герман Руди, Ванда Трипп, Рэнди Стит, Бобби Джо Рейнольдс и другие. Все они в прошлом выигрывали в лотерею. Большинство из них Чарли сопровождал лично, как это было с Лу-Энн. Ему было известно, что все эти люди выиграли состояние при помощи Джексона.
Чарли пришлось схватиться трясущимися руками за подоконник. Он был внутренне готов к тому, что неизвестный знает об убийствах и о причастности к ним Лу-Энн. Но оказался не готов к тому, что вскрылось мошенничество с лотереей. Волоски у него на руках встали дыбом, словно наэлектризованные. Как? Как этот тип все узнал? Кто он такой, черт побери?
Поспешно закрыв коробку, Чарли убрал ее на место и направился к двери. Захлопнув ее, убедился в том, что сработал замок, после чего быстро прошел к «Рейнджроверу», сел в машину и уехал.
Донован ехал по шоссе номер двадцать девять. Он провел в дороге уже почти два часа, возвращаясь из Вашингтона. Ему не терпелось поскорее снова приступить к охоте. Приближаясь к конечной цели своего пути, Томас непроизвольно увеличил скорость. В дороге он размышлял о том, какие следующие шаги надо будет предпринять в отношении Лу-Энн Тайлер. Шаги, направленные на то, чтобы заставить ее прекратить сопротивление, и как можно быстрее. Если один подход окончится неудачей, нужно будет искать другой. Хорошо еще — на лице у Донована при этой мысли появилось выражение глубокого удовлетворения, — что он держал Лу-Энн Тайлер в своих руках. Тут полностью была справедлива расхожая фраза: цепь прочна до тех пор, пока держится ее самое слабое звено. «А ты, Лу-Энн, и есть то самое проржавевшее звено, — мысленно усмехнулся Донован. — И тебе от меня никуда не деться».