В это время рейдер вскинул ладонь, приказывая замереть. Додсон застыл. Винс дал короткую очередь в небо и, после недолгой паузы, одиночный выстрел.
— Идем, — махнул он своему спутнику. — Видишь, какая у тебя вылазка выдалась интересная и поучительная. Мало кому так везет.
Куда уж там. Рекс хотел что-то ответить, но в этот момент они с Винсентом вывернули из переулка на небольшую площадь, в центре которой высились руины не то фонтана, не то памятника, а по бокам чернели копотью развалины домов. Справа — возле остова проржавевшего седана — стояли четверо вооруженных мужчин и валялись в луже крови несколько изуродованных тел. Что было особенно примечательно — у всех убитых, несмотря на разницу в возрасте и внешнем виде, волосы были одинаково сваляны в сальные дреды.
Чуть в стороне над трупом здорового мужика замерла худенькая девушка с прижатым к уху коммуникатором. Та самая кореянка, которую Додсон уже видел раньше. Первый раз, когда возвращались с зачистки дома, и второй — в «Норе», куда она их всех привела.
Когда Винсент с Рексом подошли, девушка вскинула руку, прося подождать, и вопросительно глянула на одного из своих людей. Тот в ответ кивнул. Кореянка нажала кнопку вызова.
— Батый, — мягкий бархатистый голос совершенно не вязался со сценой недавнего побоища и металлическим запахом крови, — да, я самая. Помнишь наш старый разговор? В продолжение темы: через пару-тройку часов патлатые очень обидятся на бивнястых. Неплохо бы обеспечить им взаимность, как мы договаривались.
В коммуникаторе что-то побубнило, и Су Мин после короткой паузы ответила:
— Конечно. Да, разумеется, подожду.
Комм снова отозвался неслышной остальным репликой.
— Нет, — на этот раз девушка слушала собеседника чуть дольше, потом сказала: — Это не подстава. Но если ты забудешь, что Бивень — мой, то тебя не спасут ни Ушлый, ни Трое. Ок. До связи.
Кореянка спрятала коммуникатор в карман штанов, а потом плавно вытянула из-за спины здоровенный нож и склонилась над лежащим у её ног трупом.
Носком ботинка Су Мин пнула руку покойника, чтобы та, согнутая в локте, легла прямо. После этого девушка чуть отстранилась и одним коротким, точным ударом перерубила сустав. Подцепила отсеченную кисть и отбросила в сторону. Потом выпрямилась и, повернувшись к своим людям, поманила самого молодого.
— Дун Хён, — в этот раз она говорила без улыбки, — я уже знаю, что постоянно передающей прослушки у тебя нет.
Заметно нервничающий прыщавый юноша лет девятнадцати, к которому она обращалась, все это время стоял чуть в стороне от прочих. Похоже, первый раз с этой командой.
Кореянка спокойно посмотрела, как он подходит:
— Так вот, если о моем звонке узнает Старший, у меня будут проблемы. Серьёзные. Но не смертельные. У тебя вскоре после этого — тоже. Но уже смертельные.
Паренек заметно побледнел и опустил глаза. А девушка тем временем повернулась к корейцу, закатавшему на одном из трупов рукав куртки и теперь внимательно изучавшему татуировки:
— Мин Дже, помнится, у тебя было одно незавершенное дело.
Тот коротко кивнул.
Прыщавого корейца от этих слов пробрала мелкая дрожь.
— Сейчас он, — Су Мин указала пальцем на Мин Дже, — расскажет тебе, Дун Хён, об одном маленьком дельце. Выполнишь его — и добро пожаловать в мою, — это слово она нарочно выделила, — команду. Не захочешь, но будешь держать язык за зубами — живи, как жил. Расскажешь хоть кому-то — умрёшь. Твой выбор?
Дун Хён быстро-быстро заговорил по-корейски и почтительно закланялся.
— Он не хотел вас оскорбить, — тем временем сказала девушка стоящим рядом Винсенту и Рексу. — Просто плохо говорит по-английски, а сейчас еще и немного волнуется.
С этими словами Су Мин подняла с земли отрубленную несколько минут назад руку, выпрямила средний палец, после чего опустилась на корточки рядом с трупом, клинком разжала ему челюсти и вставила отогнутый палец в раскрывшийся рот. Ее бойцы тем временем тоже достали ножи.
— Это они по нашу душу были? — поинтересовался Винсент.
Су Мин в ответ только усмехнулась. А рейдер, к несказанному удивлению Рекса, наклонился к ней и… поцеловал, после чего повернулся к замершему чуть в стороне напарнику. Лицо у того было окаменевшим, а взгляд очень пристальным.
Винс усмехнулся и сказал:
— Тебе опять повезло, Рекс. Только что ты видел работу настоящей бонзы.