Но Джеймс Ли Паркер был бойцом, который всегда оставался на высоте. Когда он приехал в Моргантаун, однокурсники спрашивали его, не в вигваме ли он жил в этом своем графстве Паркер, но через четыре года он стал лучшим студентом колледжа, и его уже никто не расспрашивал про графство Паркер. Значит, СуитУотер погиб? Продал душу, пропитанную угольной пылью, всяким иммигрантам и профсоюзной тирании? Пусть так! Будущее Джима Паркера не здесь, оно в Детройте. В Детройте его опять будут спрашивать, носят ли девушки в графстве Паркер башмаки. Но потом Детройт станет графством Паркер. Джим возьмет с собой Дэвида Бэттла, это умный и честный парень, только его воспитать надо. Пусть помогает строить новый паркеровский Суит-Уотер.
█
Джо Фоли? Джим Паркер сбросил Джо Фоли со счетов, как глупого шута. Это было Ошибкой. Простота Джо Фоли на поверку оказывалась не простой простотой.
Вечером двоюродные братья откатили «франклин» с Чарльстонского шоссе на дорогу, которая вела к паркеровскому дому. Джим Паркер сказал из-за руля:
— Оставим ее здесь. Утром я достану бензина на «Ред-Флэш».
— А я уж было решил, что ты хочешь, чтобы мы толкали ее до самого Хантингтона, — заметил Джо Фоли.
Братья побежали вверх по склону. Джим шел за ними, стараясь сдержать одышку. Джо Фоли, не зная, куда девать избыток энергии, схватил камень и кинул его вниз. Камень перелетел через Чарльстонское шоссе, через железнодорожные пути и упал почти у самой Канавы.
— Никогда бы не поверил, если б сам не увидел, — удивился Джим.
— Он и футбольный мяч бросает так же далеко, — заметил Дэвид.
— Ну, туда-то я и коровью лепешку доброшу! — сказал Джо Фоли. Он нагнулся, сорвал травинку и, зажав стебелек зубами, помахивал кисточкой. — А ты можешь метнуть коровью лепешку, как диск?
— Он будет полузащитником в нашей команде, — объяснил Дэвид. — И будет играть все четыре года.
— А в колледже будет играть лучше Рыжего Грейнджа и Джима Торпа, вместе взятых, — заметил Джим.
— Конечно, — подтвердил Дэвид.
— Пожалуй, так, — небрежно согласился Джо.
— Ваша команда, конечно, будет самой лучшей?
— Вот-вот.
— Полегче на поворотах, Джо. Самая первая команда играла отлично. После нее было уже совсем не то.
— У них теперь будет тренер. Профессионал, — сказал Дэвид.
— Тренер — хорошо, но я говорю о составе. Игроки тогда были один другого сильнее. Первые три встречи они играли даже без формы. Надели только еще по свитеру. И побили всех. Должен признать, Дэви, что твой отец был первоклассным игроком. Так, как он, в городе больше никто не играл.
— Верно, — убежденно сказал Дэвид.
Джо Фоли презрительно фыркнул.
Джим повернулся к нему.
— А мне казалось, что ты на своего дядю молишься?
— Было дело, да прошло.
— Они с папой в ссоре. Не обращай внимания, — объяснил Дэвид.
— Собственно, я хотел сказать, что ты вроде придерживаешься тех же взглядов, что Дэви и Пит, — продолжал Джим. — Разве не так?
— В смысле: плюю я на профсоюз или нет? Нет, не плюю. Но одно дело профсоюз, а другое — этот горлодер, который воображает, будто я от него все скушаю. А меня от него тошнит! — Он улыбнулся. — Только и остается, что глотать, а то прямо к горлу подступает! — Внезапно в его голосе послышалась ярость. — А Дэви все жрет и не поперхнется. Развесит уши — тошно смотреть. Дурак. Не видит, что старик плюет ча него и всегда плевать будет. Ну и дурак!
Дэвид молчал.
— Моя мать говорит, что отец почти с тобой не разговаривает. Это верно? — спросил у него Джим.
— Ты не все знаешь, Джим, — сказал Джо. — Дэви будет футболистом. Запомни мои слова: он будет футболистом, да еще каким!
Джим скептически оглядел небольшую фигуру Дэвида Бэттла. Угадав его мысль, Джо сказал:
— Вот и Горлодер то же думает. Подумаешь, Дэви ростом не вышел! Но я-то его знаю: это такой крепыш, что сквозь кирпичную стену пробьется, если я или Эллен его попросим.
— Ты или Эллен?
— Да, я или Эллен.
— Что же, дело ясное! Эллен и ее племянник хотят, чтобы Дэви стал футболистом. Будем надеяться, что характером ты в нее, Дэви, как и лицом.
— Вот и Горлодер кричит, что из свиного уха шелкового кошелька не сошьешь. А Эллен говорит, что, хотя Дэви не больше свиного уха, упорства у него на целого кабана хватит, и он будет футболистом.