— Мистер Кермит, — спросил Дана Олбрайт, — Вы знаете некую Деннинг? Ее дeвичья фамилия Антон, но она хорошо известна под обеими фамилиями.
Кермит оцепенело и напряженно молчал.
— Нем известно, что вы с ней знакомы. Вы можете меня поправить, если я буду неточен. Уикершем, обслуживая клиентов «Машин энд фаундри», был по совместительству сводником. Одновременно он работал и на сенатора Корта. На нем пробы ставить негде. Мисс Антон была одной из девиц в списке Уикершема. Девизом Уикершема было: «Самым лучшим — самое лучшее». По моим сведениям, мисс Антон родилась в Венгрии. Она вышла замуж за американского офицера. В США она живет три года. Первые два года ничем не примечательны, если не считать того, что кто-то, от кого это зависело, приложил немало усилий, чтобы майор Деннинг, а следовательно, и его супруга остались в Вашингтоне. В следующий год мисс Антон расширила сферу своей деятельности… не знаю, как бы выразиться поделикатнее. Известно, что она была в близких отношениях с лицами, казалось бы, достаточно высокопоставленными, чтобы не вступать в связь с женщиной, прибывшей из Венгрии. По-видимому, скоро ей и ее мужу будет предъявлено обвинение в том, что они агенты международного коммунизма и Советского Союза. Таким образом, создалось довольно щекотливое положение. Верно ли я изложил факты?
Кермит спокойно сказал:
— Вы, конечно, знаете, что моя связь с этой женщиной была иного порядка. Я холостяк и могу встречаться с кем хочу. Да, я был знаком с этой женщиной и встречался с ней. Но когда я узнал, что она профессионалка, да еще такая профессионалка, то перестал с ней видеться.
— А тем временем Советский Союз, вероятно, мог рассчитывать на вашу газету.
— Неужели вы думаете, что я на это способен, мистер Олбрайт?
— А разве так уж важно, что правда, а что неправда, мистер Кермит?
— Поздравляю вас. Вы информированы лучше меня. До меня пока доходили только слухи.
— У меня хорошие осведомители.
— О да! Они избавили вас от мистера Фолка. Теперь президентом будете вы?
— В настоящий момент нам известно только, что полковника Уикершема убедят прекратить попытки продать материал о Фолке, и он, разумеется, ни в коем случае не станет вмешивать невинных людей в предстоящий процесс по делу мисс Антон. Мы уверены, что вы забудете о мистере Фолке и дадите нам возможность вернуться к нашим делам в «Нейшнл моторс».
Кермит грустно улыбнулся.
— Поднявший меч от меча и погибнет. Удивительно, что я сумел продержаться так долго!
— О, вы продержитесь еще дольше, — сказал Олбрайт. — Для таких, как вы, место на этом свете всегда найдется. Без вас человечеству не обойтись.
— Что ж, благодарю вас, мистер Олбрайт. Вы правы, через недельку я безусловно оправлюсь. Времени на поиски темных пятен в вашей биографии я тратить не стану, так как, скорее всего, ничего не найду и не я, а вы произведете надо мной экзекуцию. Когда увидитесь с полковником Уикершемом, передайте ему привет, господин президент. Я не слишком забегаю вперед? Вы ведь теперь довольно хорошо знакомы с полковником Уикершемом, не так ли? Вы твердо решили стать президентом корпорации?
Бэд Фолк, явно взволнованный, вошел в кабинет Дэвида Бэттла.
— Что-нибудь случилось, Бэд? — спросил Дэвид.
Фолк сел у стены на диван.
— Дэвид, я думаю, вам все известно.
— Что именно?
— То, что я остаюсь на прежней должности.
— Нет, я этого не знаю.
— И, конечно, знаете почему?
— Я же сказал, что ничего не знаю.
Фолк вскочил и зашагал по комнате.
— Я вам верю. Если Олбрайт захочет, он сам вас подробно информирует. А пока я работаю у вас.
— Это само собой разумеется. Управляющие отделениями подотчетны вице-президенту по производству. Если бы вы стали президентом, я был бы подотчетен вам.
Бэд Фолк глубоко вздохнул.
— Куда уж там. Я рад, что сохраняю хоть свои триста тысяч в год.
— Итак, завтра в десять, Бэд, если вы свободны.
Бэд Фолк горестно улыбнулся.
— Конечно, свободен. Ровно в десять, Дэви. — Помолчав, он добавил: — Будьте осторожны с Дана Олбрайтом, Дэвид. Не буду объяснять почему, но будьте осторожны.
В кабинет Дэвида неторопливо вошел Тони Кэмпбелл.
— Я встретил в коридоре Бэда. Вы, наверно, уже знаете, в чем дело?
— А вы?
— Мне рассказал Карл.
Дэвид переварил услышанное. Карл Пирсон не пожелал рассказать Дэвиду Бэттлу про Фолка, но рассказал Тони Кэмпбеллу. Это не случайно, конечно. Теперь понятна непринужденность, с какою Кэмпбелл расположился в кабинете своего начальника.