- Что же вам кажется загадкой, да к тому же - непонятной? - спросил уже совершенно развеселившийся Абэк.
- Почему они не начали так же бушевать еще в камере охлаждения?
- Или же, - подхватил Ушаков, - почему при перемещении в смежную камеру с таким же безвоздушным пространством астероидинизированные куски оставались неподвижными?
- Да, да! - подтвердила Солнцева.
- Очень просто, дорогие мои, - начал объяснять Абэк. - Все произошло именно так, а не иначе, потому что эти куски лишь после закалки в воздушной ванне приобрели дополнительные и необходимые качества, которых мы до этого не учитывали. Воздушная ванна окончательно закалила и сформировала их. Известная закономерность земного притяжения удерживала их в неподвижности, пока колебание воздуха не сдвинуло их с места. Возникшее таким образом движение, постепенно усиливаясь, довершило их освобождение в полной гармонии с их обновленной физической природой. Но посмотрите, дорогие мои, сколько закономерности в явлениях природы! Когда человеческой воле удается, наконец, одержать победу над самым трудным и почти недосягаемым, - всегда находятся силы, приходящие на помощь человеку! В данном же случае таким вспомогательным обстоятельством является то, что астероидинизированный сталолит в процессе обработки дает полную возможность практического использования его в нашем производстве. Если б астероидинизированный сталолит не нуждался в закалке, мы никогда не смогли бы обуздать его и изготовлять из него все, что нам вздумается. Неужели вы не догадываетесь, что новый металл уже и в стадии астероидинизации пришел бы в движение? А теперь - посмотрите, как все удачно получилось, в каком выгодном для нас состоянии находится прошедшая обработку масса: она не двигается в безвоздушном пространстве, пока не пройдет всю стадию закалки. Следовательно, наши промышленные предприятия могут смело орудовать с плавящимся в безвоздушном пространстве и легко обрабатываемым астероидином! А это означает, что мы можем закалять уже готовые части машин и оборудования, когда только пожелаем, лишь в нужную минуту наделяя их свойством сверхлегкости и центробежной тенденцией…
- Правильно, Абэк Давидович! Правильно… Сегодня я так безгранично счастлив… за вас!.. И за вас, дорогая Вера Павловна! За нашу Родину! - взволнованно бегая по лаборатории, твердил профессор Ушаков.
- Спасибо, друзья… Самое же лучшее - это то, что все происходящее сейчас - лишь преддверие новых поразительных успехов в области будущего межпланетного сообщения!
И Абэк с трудом подавил охватившее его волнение.
В соседней комнате затрещал телефон.
- Вера Павловна, узнайте, пожалуйста, кто там? - попросил Абэк.
Солнцева побежала в соседнюю комнату и быстро вернулась.
- Николай Львович и Илья Григорьевич Дерягин, - сообщила она.
- А-а… просите, просите! - радостно воскликнул Абэк и сам же поспешил лично встретить дорогих посетителей.
НАКАНУНЕ РАЗРЕШЕНИЯ БОЛЬШИХ ЗАДАЧ
За годы строительства подводного города «Октябрид» о нем очень много говорилось за рубежом и еще больше высказывалось самых различных, иногда совершенно фантастических предположений.
Вначале все материки мира захлестнула огромная волна недоверия. Скептики утверждали, что слухи о строительстве этой диковинной подлодки в Советском Союзе являются попросту выдумкой, сказкой.
«Подводный город, вроде рекламируемого Советами «Октябрида», должен обладать движущей силой, которую могли бы обеспечить ему лишь Ниагарский водопад и река Днепр, взятые вместе!» - уверяли американские инженеры-электрики. Они не хотели допустить даже мысли о наличии подобной движущей силы, упуская из виду, что в Советском Союзе все предпринимается на основе реальных, логически развивающихся научно-технических возможностей использования атомной энергии.
В то время, когда впервые зародилась идея «Октябрида», этой конкретной движущей силы еще не было: она переживала тогда пору своего детства в лабораториях советских физиков.
Но когда строительство корпуса подводного города уже было завершено, недружелюбные выпады вылились тогда определенно в форму самого неприкрытого издевательства.
«Закончено строительство самого большого на земном шаре ящика с крышкой!» - с презрительной насмешкой сообщал один из немецких морских судостроителей. - Но этот ящик может пригодиться лишь как база для кролиководства или холодильник для хранения ветчины и колбасы…
Когда же «Октябрид» был снабжен мощными атомными двигателями, враги долгое время не могли прийти в себя и примириться со своим позорным поражением.