- Куда мне до темперамента Иллуми, - довольно меланхолично возражает Арно.
- О, да, - подтверждает Фирн. - Патриарх у нас человек опасный. Безо всякого оружия, прошу заметить.
И какой черт меня дернул, расслабившись, подпустить шпильку?
- С вооруженными цетагандийцами я справлялся без труда, вряд ли испугаюсь и здесь...
Пелл, услышавший это, принимает реплику на свой счет и немедля подключается к разговору с мрачным:
- Не вижу чести в войне, превращенной в успешную бойню. Лишь поэтому она мне не интересна. Я доказал, что сражаюсь не хуже всех этих примитивных карьеристов и вернулся.
- Пелл, ради всех богов, - возмущается Фирн, - хоть сегодня избавь нас от филиала военных действий в отдельно взятом мирном доме услад! Война окончилась, не забыл?
- Окончилась, - сообщает Пелл досадливо. - Но еще не вывелись идиоты, которые смеют намекать, что наш Дом приложил недостаточно усилий для победы. Хотя вон он, - Пелл подбородком указывает на меня, - живое доказательство пусть малой, но победы нашего духа.
-... но он, - сладким голосом добавляет Фирн, - скорее на счету Дома Эйри, нет?
Краска заливает щеки и уши, румянец стыда или гнева - сам не разберу. Я тяну паузу до тех пор, пока мое дыхание не делается абсолютно ровным, и лишь потом с любезной улыбкой отвечаю:
- Если с одним барраярцем, и то пленным и раненым, пришлось несколько месяцев справляться двум цетагандийским гем-лордам - неудивительно, что победили мы.
Воцаряется крайне неприятная пауза, достаточно долгая, чтобы все всё оценили и поняли. Поэт хладнокровно прикидывает в уме вероятность начала боевых действий, художник с удовольствием следит за эскалацией конфликта, а вояка окаменел лицом и готов сорваться. Но в этот момент мне сзади на плечо мягко ложится уверенная рука.
- Господа, - суховато и очень спокойно изрекает Иллуми, - сейчас вы говорите с младшим моей семьи. Примите этот факт как должное и не провоцируйте изменений его статуса в боевую ипостась. Воспоминания слишком свежи.
Старший, да? Точно. Даже вспыльчивый гем-офицер его слушается. А уж мне и закон велел, что очень кстати.
Благодарю пришедшую на помощь кавалерию коротким кивком - или тенью почтительного поклона, как кому покажется, - и, поворачиваясь к оппоненту, ровным голосом предлагаю:
- Лорд Пелл. Взаимные счеты между нами слишком глубоки и вынуждают нас к поступкам, нежелательным для собравшихся, вне зависимости от их исхода. Предлагаю заключить перемирие. Ради ваших же друзей.
Пелл выдерживает паузу, потом кивает. Фух, обошлось.
К нему почти сразу же подсаживается девушка и начинает что-то щебетать, явно сглаживая настроение гостя. И не к нему одному - похоже, хозяйка заведения решила, что лучший способ избежать скандала - отвлечь и развлечь мужчин, и отпустила своих девушек с танцпола к гостям. Мне достается миниатюрная брюнеточка в алом, хорошенькая, и для своей профессии - просто скромница: и косметики на лице по минимуму (особенно в сравнении с безумьем грима на лицах мужчин), и стоит она в паре шагов поодаль, улыбаясь, пока я не соизволю обратить на нее внимание. Лишь тогда устраивается рядом на диванчике и принимается легко и ненавязчиво щебетать, вовлекая меня в разговор, так что даже вопросы вроде "а как господину у нас нравится?" звучат не обязательной программой, а искренним интересом. Иллуми говорил, здесь принято поболтать, прежде чем вести девочку в номера? Не буду нарушать традиции, тем более что спешить некуда.
- Милорд Иллуми с друзьями посещают нас уже полтора десятка лет, - с гордостью за заведение сообщает она. - Мы низшие, да, но мы высшие низшие, иначе господа не находили бы удовольствия в нашем обществе и не тратили бы на нас времени больше, чем требуется для удовлетворения страсти.
- Постоянство привычек - это хорошо... - изрекаю задумчивую бессмыслицу, потягивая коктейль по капле. - Значит, ты хорошо их знаешь?
Брюнетка пожимает плечиками, звякают какие-то подвески на рукавах платья.
- Я знаю всех, но, - позволите? - чуть доверительно склоняется ко мне, - чаще всех со мною бывал господин Арно. Он нравится мне. Он добрый, веселый, и мне всегда понятно, о чем он говорит, даже когда не понять ни слова.
- Ты бы хотела сейчас сидеть с ним, а не со мною?
- Нет, - качает головой. - Его я знаю давно, а вы, господин, совсем непонятны - это интересно...
- Ну что во мне интересного? - усмехаюсь. - Разве что экзотика. Я с... с планеты, где успел повоевать вон тот лорд.
Смеется негромко. - Пойдемте погуляем, господин? - предлагает. - Я вам на ухо расскажу.
Гулять мы отправляемся в комнаты, и остальное выходит приятно и предсказуемо. Грудь у нее как раз такая, как я люблю - маленькая, помещающаяся в мою ладонь, - и желание девочка вызывает сразу, вопреки всем подсознательным опасениям. Нарочитая покорность, прячущая профессиональное умение, мускусный женский запах и мягкость, от которых я успел отвыкнуть... Мое тело и мужское самолюбие быстро получают свое. Порцию дистиллированного качественного удовольствия, не осложенного чувством, - не больше и не меньше. И ионный душ напоследок, когда я вежливо отказываюсь от десерта - возможности быть вымытым с ног до головы нежными ручками с наманикюренными алыми ногтями.
Спустившись вниз, вижу в зале оживление, кто-то хлопает - ах да, все тот же Фирн, - сквозь шум пробивается характерный резкий голос Пелла - "нет, вот сюда". Черно-белой головы с блеском камней в прическе среди собравшихся не видно; очевидно, Иллуми тоже отправился инспектировать верхние этажи в женской компании.
- Милорд Пелл будет бросать ножи, - тихонько поясняет моя спутница, держащаяся в полушаге позади. - Это задумано как состязание, только он его всегда выигрывает, так что редко кто пробует.
- И какой интерес в состязании, в котором нет соперников? - усмехаюсь. Я, конечно, кроток и миролюбив, но упускать такой конвенционный случай просто грех. Вижу низенького гем-лорда в десятке шагов от мишени. Хотя какой он низенький - просто так смотрится на фоне остальных. "Я тут скоро комплекс неполноценности заработаю, рядом с этими дылдами..." Девица, видимо, повинуясь здешнему этикету и не приближаясь к делам мужчин, отходит в сторону.
Раз за разом - сизоватый блеск короткого лезвия в руке Пелла, быстрое движение и глухой стук стали, пронзающей доску, обтянутую кожей. Судя по виду, кожу недавно меняли, но порезов на ней уже наберется прилично. Свист - удар, свист - удар. Через какое-то время начинаются фигуры, так сказать, высшего пилотажа: с закрытыми глазами, с оборота, в узенькую щелочку между двумя уже вонзившимися клинками... Неплохо. Только, на мой вкус, дистанция должна быть побольше раз в пять, а мишень - норовить нырнуть за камень при малейшем шорохе и обдать тебя оттуда плазменным огнем.
- Красиво работает, - вежливо замечаю Фирну. "Выпендрежник", добавляю мысленно. - И какие тут правила?
Оборачивается удивленно. - Правило только одно - не промазать, соблюдая изящество и скорость. Неужели тоже хочешь?
- Нельзя? - уточняю.
- Нет, почему нельзя. - Фирна идея как минимум забавляет. - Эй, Пелл! - громко окликает он. - Когда закончишь, одолжишь мне ножички?
Пелл, не оборачиваясь и не сбиваясь с ритма бросков, отрезает: - Тебе? Эстетическое вдохновение накатило - хочешь предложить кому-то с ними попозировать?
- Как это ты так с лету догадался? - ехидничает Фирн.
Запас ножей у Пелла в руках заканчивается, и он великодушно предлагает, поворачиваясь: - Бери.
Лишь теперь гем-лорд видит меня; лицо его твердеет, но он ничего не говорит. И правильно: отпусти он шуточку насчет скульптуры дикаря с ножом в зубах, конфуз бы так легко не погасили.