Он сдерживает зевок.
— Похоже, я тоже стал считать девять вечера поздней ночью.
Прощаемся, и вот в комнате остаемся только мы с Викторией.
— Чем хочешь заняться? — спрашиваю ее.
Она улыбается.
— Хочу заглянуть в игровую.
За что обожаю Викторию, так это за ее соревновательный дух.
— Знал, что ты это скажешь, — смеюсь в ответ.
Глава 30
После того как Виктория трижды обыграла меня в шахматы, а я пять раз взял реванш в бильярде, мы решаем, что на сегодня хватит.
Я захожу в роскошную гостевую спальню первым, за мной Виктория.
От нее словно волнами исходит напряжение, но я не собираюсь усложнять эту ситуацию.
Указываю на огромную кровать посреди комнаты, стоящую на пушистом ковре: — Ложись на кровать. Я устроюсь на полу.
Прежде чем она успевает возразить, уже стаскиваю одно из одеял и пару подушек, чтобы разложить себе импровизированное ложе.
Виктория колеблется, но ничего не говорит, просто уходит в ванную, чтобы подготовиться ко сну.
Когда она заканчивает, сам иду почистить зубы и переодеться.
Вернувшись, вижу, что она уже лежит, повернувшись ко мне спиной.
Черт, она выглядит такой хрупкой на этой огромной кровати.
Все, чего я хочу, это забраться к ней под одеяло и заключить в объятия. Но вместо этого ложусь на холодный пол, закутавшись в одеяло, которое и близко не заменяет матрас.
Мне нужно время, чтобы найти хоть какое-то положение, в котором не ноет спина, прежде чем наконец заставляю себя закрыть глаза.
Начинаю дремать, когда меня вдруг будит крик.
Поначалу я думаю, что это сон, еще один кошмар о Саре.
Я резко сажусь, сердце колотится, но звуки не исчезают.
Это не в моей голове. Это реально.
— Нет! Не трогай меня! — кричит Сара.
Я вскакиваю на ноги, и в ту же секунду слышу, как Виктория зовет меня: — Деймон!
Я не оборачиваюсь.
Вырывая дверь, мчусь по коридору на звук ее криков.
— Ублюдок, — шиплю сквозь зубы.
Я знал, что все это слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Сара снова страдает. Ее снова мучают и прямо сейчас это делает ее муж.
Разъяренный, врываюсь в спальню без стука, кулаки уже сжаты, готовые к драке.
Но замираю.
Роман сидит на полу, прижимая к себе Сару. Раскачивается с ней из стороны в сторону, а она бьет его кулачками, царапает, но он не сопротивляется. Он просто держит ее и шепчет успокаивающие слова.
— Все хорошо, Сара. Это просто сон, детка. Просто кошмар. Пожалуйста, вернись ко мне. Пожалуйста, проснись.
Глаза Сары закрыты. Она все еще во сне. Слезы катятся по ее щекам, пока Роман пытается утешить.
Постепенно ее тело перестает сопротивляться. Веки дрожат и наконец поднимаются. Из ее уст вырывается жалобный всхлип, и она приходит в себя.
— Я… Мне… прости, — шепчет сквозь слезы, сжавшись в его объятиях.
Он гладит ее по волосам и спине.
— Это всего лишь сон, милая. Все хорошо. Я рядом. Я никому не позволю тебя обидеть. Никогда.
Наконец ее взгляд находит меня, стоящего в дверях.
— Арло… — выдыхает она, а затем морщится. — Прости. Деймон. Прости, что тебе пришлось это видеть.
Я не отвечаю.
Просто стою там и чувствую, как гнев, подозрения, страх исчезают.
Остается только горечь за то, что эти раны навсегда. И облегчение от того, что теперь рядом с ней есть человек, который не отпускает.
Мои кулаки медленно разжимаются, пока стою, не в силах вымолвить ни слова. К счастью, Виктория подходит ко мне сзади, берет за руку и говорит за меня.
— Все в порядке. Он помогал мне справляться с моими кошмарами. Думаю, он уже привык, — старается разрядить напряжение в комнате.
Сара нежно улыбается ей.
— Я рада, что вы есть друг у друга.
Виктория сжимает мою руку, и я наслаждаюсь тем, как она протягивает мне эту спасительную нить в этот момент.
Сара смотрит на Романа.
— Пойду проверю Арло. Надо убедиться, что я его не разбудила.
Роман кивает и помогает ей подняться.
Чувствую, как Виктория тянет меня за руку, и понимаю, что это наш сигнал уйти.
— Увидимся утром, — говорю им, прежде чем повернуться и, держа Викторию за руку, повести ее обратно в нашу комнату.
Как только дверь за нами закрывается, отпускаю ее руку и подхожу к окну. Я чувствую, как внутри нарастает невероятная ярость. Сильнее, чем когда-либо прежде.
— Деймон? — зовет Виктория, в голосе слышится беспокойство.
— Я должен был там быть, — рычу я. — Я должен был найти Сару раньше.