— Скорее всего, у них есть оружие класса «земля-космос», — предположил Джессарт. — Ничего, что могло бы стрелять по нам, если мы окажемся посредине конвоя прежде, чем они откроют огонь.
Он обогнул связистов.
— Передай наш идентификатор кораблям конвоя. Скажи им, что мы приближаемся.
— А если они потребуют объяснений, капитан? — спросил Холич. — Что им сказать?
— Ничего, — ответил Джессарт, направляясь к двери выхода с мостика. — Узнай, кто командует гражданским конвоем, и сообщи ему, что я высажусь на его корабле и лично с ним переговорю.
— Хорошо, капитан, — сказал Холич, когда бронированные двери с грохотом открылись. — Я буду информировать о любых изменениях.
Хотя по имперским стандартам «Мстительный» не считался большим кораблем, он затмил собой торговое судно, на котором находился Себаний Лойл — человек, назвавшийся торговым командиром конвоя. После коротких переговоров, во время которых большей частью говорил Джессарт, торговец согласился на требование космических десантников взойти на борт. Теперь Джессарт и его бойцы, надев броню, на борту последнего уцелевшего десантно-штурмового корабля «Громовой ястреб» пересекали несколько сотен километров, отделявших ударный крейсер от «Щедрой госпожи».
Джессарт сквозь стекло кабины вгляделся в торговое судно, отметив три защитные турели, сгруппированные вокруг центральных отсеков: оружие с небольшой дальностью стрельбы, которое помогло бы отбиться от пирата-одиночки, но надорвалось бы, пытаясь перегрузить хотя бы один из пустотных щитов «Мстительного». Остальные корабли конвоя, разделенные между собой несколькими тысячами километров вакуума, были видны только на экране радара «Громового Ястреба». Четыре из них имели сходные с этим кораблем размеры, но два оказались огромными транспортниками, раза в три больше «Мстительного». К счастью, они были пусты — им еще только предстояло взять на борт полк Имперской Гвардии по пути к боевой зоне на Родосе.
Чтобы «Громовой ястреб» мог приземлиться, корабль втянул створы посадочной площадки, и из открывшегося углубления, которое занимало четверть длины «Щедрой госпожи» полился яркий свет. Нитц плавно выровнял курс и скорость боевого корабля и торгового судна, а затем запустил посадочные двигатели, чтобы сесть на палубу.
Только один человек ждал Джессарта, когда трап опустился, обдавая рокритовое покрытие клубами дыма и пара. Это был коренастый человек, одетый в тяжелое пальто с меховой подкладкой и накладными наплечниками, каждый из которых разрезала полоса красного цвета. Себаний Лойл обладал одним здоровым глазом и аугментическим устройством вместо другого и сейчас обоими осторожно наблюдал за космическими десантниками. Линзы щелкнули, когда торговец сфокусировался на Джессарте. С визгом сервомотора Лойл поднял правую руку для приветствия, рукав плаща отъехал, открывая металлическое предплечье с тремя когтями.
— Добро пожаловать на борт «Щедрой госпожи», капитан, — сказал Лойл. Он говорил хриплым шепотом, и за шерстяным воротником Джессарт разглядел на его шее еще одно бионическое устройство: подрагивающую искусственную гортань.
Джессарт не ответил на приветствие. Он через плечо посмотрел на своих бойцов и знаком приказал им рассредоточиться по посадочной площадке.
— Я забираю ваш груз, — сказал он.
Лойл не выглядел удивленным таким заявлением. Он с потрескиванием опустил кибернетическую руку и вытянул в сторону Джессарта здоровую.
— Вы знаете, что я не могу этого позволить, капитан, — возразил торговец. — Мой груз предназначен для имперских сил, сражающихся на Родосе. У меня есть договор с Департаменте Муниторум.
Бионическая рука покопалась в глубоком кармане и извлекла оттуда кристалл данных. Лойл протянул его Джессарту в качестве доказательства контракта.
— В данном случае у вас нет выбора, — сказал Джессарт, отодвигая Лойла. — Ради вашего же блага со мной лучше не спорить.
— Вы не можете всерьез угрожать нам силой, — запротестовал Лойл, следуя за Джессартом, который направлялся по площадке к главным дверям. Джессарт бросил на него взгляд, не оставлявший сомнений в том, что именно это он и делает. Лойл побледнел, его глаз нервно загудел. — Это немыслимо! Я буду…
Слова торговца утонули в громе, прокатившемся от спрыгнувшего с трапа Закериса. Глаза псайкера сияли энергией золотистого цвета. Закерис устремил свой демонический взгляд на Лойла, тот в ужасе отпрянул, выставив руки перед изуродованным лицом. Торговец захныкал и упал на колени, слезы побежали по рубцам на его щеках. Закерис встал над Лойлом, рассматривая его и размышляя. Губы псайкера искривились.