– Возможно не только у них, но и у обычных горожан. – Уточнила я.
– Но не будем же мы стучаться каждым в дом, с просьбой поискать древний лаз в подземные туннели. – Справедливо возразил друг.
Спорить было невозможно, он был прав. Нам оставалось только найти безопасные входы в шахты и при этом не привлечь к себе внимание. Основная проблема была в том, как вот так на глаз определить какой из входов еще действующий. Условно обозначив на современной карте города, расположения бывших храмов и тех немногих свободных, а не подпольных ходов в черте теперешнего города было обнаружено около двух десятков мест. Еще больше было за чертой города, причем некоторые располагались в окружающей город реке.
– Интересное место. – Задумчиво протянула я, смотря на карту.
– Ты, о чем? – Поинтересовался друг, из-за того, что я смотрела, а не сразу указала какое место имею ввиду.
– Вот здесь. – На этот раз, мой палец указывал на место, в котором начинался приток реки огибающий город. – Помнишь, вчера нам говорили, что там, где был главный вход в шахты треснула земля и потекла вода мощным потоком?
– Да, но согласно карте, там не было входа в шахту или храму. – Растерянно стал сверяться с перерисованными картами Икар.
Прокрутив в памяти все события прошлого дня и особенно ночи, я поняла, какая именно мысль от меня все время ускользает. А ведь как обычно, это все настолько очевидно, что становиться стыдно за свою невнимательность.
– Икар, а ты помнишь каким богам поклонялись в прошлом жители этого города? И насколько правильно вообще преподноситься легенда о святом мосте? К тому же, надеюсь ты обратил внимание, на края настоящей карты старого города?
Большие и круглые глаза оборотня были мне более чем красноречивым ответом. Может ли так быть, что этот город является основой заговора мятежа против короны этой страны. Или же даже больше, против действующих богов, благоволящих правящей семьи?
21
От шока отходили долго. Но все озвученное, было лишь теорией без каких-либо доказательств. И обсуждать дальше было бессмысленно, или если говорить совсем на чистоту, лично мне страшно. Не знаю, как Икара, но меня смущали и не давали покоя множество моментов.
Такие как-то, что все что нам известно об этом городе, нам рассказала женщина, хранящая продукты питания в костяных останках оборотней, а может и людей. Так же, то как она рассказывала нам историю города, больше походило на личные воспоминания, чем на пересказ с чужих слов.
И не облегчало понимание происходящего то, что Кот буквально клялся, что вся информация про этот город была стерта и о нем знали только то, что такой был, что с ним были проблемы и все. Ни где, ни как, ни почему – ничего не было больше известно. Вот как в таких условиях, наша новая знакомая могла узнать историю родного города?
Ну и конечно, каждый хороший лжец, и шпион знает, как лучше всего обмануть другого. Для этого, надо всего лишь сказать правду, но слегка сместить акценты и поменять местами несколько фактов, чтоб получить нужную именно ему картину. И я, и Икар принадлежим к известным аристократическим домам, знать бы еще к какому Кот относится, а все аристократы постигают уроки хорошей лжи буквально с пеленок. Соответственно, чем выше статус семьи, тем лучше обучены этому их дети.
Поэтому, нам не составило труда сложить два плюс два. Осталось только сверить результат с правильным ответом. И боюсь, он мне не понравиться, хотя об этом, нас честно предупреждали. Но от этого не легче.
На мой вопрос, о том каким богам покланялись в старом городе на момент его разрушения Кот не знал. Если честно, я надеялась, что хоть тут будет ответ, но вместо него у нас все еще оставался вопрос.
– Предлагаю, пока светло пройтись по городу и проверить отмеченные на карте места. – Смирившись с предстоящим, я не хотела оттягивать само действие.
Кот не возражал. Он вообще был очень молчалив и задумчив. Тот огонь озорства, который свел нас вместе куда-то пропал, оставив после себя лишь тлеющие угольки на дне карих глаз.
Выйдя из трактира, мы двинулись по маршруту, которому следовали в первые дни пребывания в городе. Вот только теперь, на все окружающее мы смотрели по-другому. Вместо небольшого городка среднего достатка, мы видели руины и остатки от былого величия. И не узнавали мест, по которым проходили.