Подполковник немало лет проработал в главном жандармском управлении и знал, как умен и опасен враг. Народовольцы заключены в Шлиссельбурге, острове уединенном, в сорока верстах от Петербурга, и доступа никому туда нет. И все же комендант крепости сошел с ума — ему чудились смельчаки, которые высадились на острове, чтобы отбить народовольцев. Но тогда шла речь о сотне революционеров, а теперь о массовой рабочей партии. Подполковник служил не за страх, а за совесть. И в отличие от многих неучей, которых в преизбытке в жандармском управлении, он получил юридическое образование, окончив Московский университет. Его не смущали косые взгляды, которые бросали товарищи по университету. Что же? У каждого свое понятие о долге. Положение в стране отчаянное, и нужна настоящая борьба, чтобы сокрушить внутреннего врага. Не о японцах следовало думать, а о внутреннем враге, ибо внутренний враг в один момент может разрушить вековые устои России. И массовыми репрессиями не спасти положения: посеяв ветер, пожнешь бурю! Нужно что-то делать... Что-то менять в государственном строе... Но что? Этого никто не знал, и от общей неустроенности все тревожнее становилось на душе.
В отвратительном настроении он приехал в Екатеринбург и был возмущен патриархальными нравами, царившими в области сыска. Ни настоящего наблюдения за неблагонадежными, ни строгого учета. Нет даже обязательной прописки лиц, приезжающих в Екатеринбург на временное жительство. Коли нет прописки, значит, нет и проверки паспортов... Филеры невежественны, их социалисты переросли на пять голов. К тому же социалисты — люди идеи!
Конечно, наездом типографию в чужом городе не разыщешь. Подполковник обладал достаточным умом и несбыточными прожектами не занимался, но он показал этим самовлюбленным идиотам, как нужно работать. И инструктаж провел, и денег на усиление наблюдения за неблагонадежными элементами обещал подбросить из столицы. Нужно учиться сыску, понимать, что задачи борьбы с революционными элементами усложнились во много раз. Новое время требует и новых форм работы, черт возьми!
И этот осмотр поезда, который он предпринял в назидание местным раззявам. По агентурным данным стало известно, из Петербурга комитет из опытных и умелых людей был направлен в Екатеринбург. Направлен с целью организации на Урале социал-демократической организации. Следовательно, типография, появившаяся на Урале, является прямым действием комитета. Главным связующим звеном в комитете — молодая женщина. К сожалению, ни подлинной фамилии, ни достоверного описания сей героини не имеется. Есть особая примета, передаваемая осведомителем, — необычайная красота. Примета есть примета, но так можно гоняться за каждой красивой женщиной. Мало, как мало знаем о лицах, находящихся в подполье! Нужно просить правительство об увеличении ассигнований на дела сыска. Только улучшение дела сыска и обескровливание социал-демократической партии позволит задержать революцию.