– Да, – ответила я. – И он готов мне помочь с работой. Ты действительно хочешь, чтобы я вернулась?
– Чтоб тебе провалиться! Предательница! Шлюха! – крики и визги Ани уже переходили в ультразвук, и я сбросила вызов, беспомощно взглянув на Виктора. Он усмехнулся.
– Забудь, – сказал он. – Садись в машину.
Я снова села рядом с Виктором. Он уверенно завел двигатель.
– Куда мы едем? – спросила я.
– Ко мне, конечно.
– Что? – я с изумлением подскочила.
– Не бойся, – Виктор усмехнулся. – Франкенштейн вместе со своим братцем Дракулой не утащат тебя в свои подземелья и не выпьют твою кровь. Хотя укусить тебя было бы неплохо, в некоторых особо вкусных местах, – он снова усмехнулся. Похоже, у него было замечательное настроение.
– Но... – я окончательно растерялась.
– Не переживай, – уже серьезно ответил Виктор. – Пока поживешь у меня. А там будет видно.
Я незаметно вздохнула, смирившись с неизбежным. И почему-то мысль об этом была невообразимо приятной.
Глава 39.
...Уже неделю я жила у Виктора, в его роскошном особняке.
В моем распоряжении была та же шикарная спальня и по сути все комнаты, потому что я как и прежде, могла ходить везде, где мне хочется. Я уже начинала привыкать к роскоши, и королевская обстановка уже не казалась мне броской и пафосной. Виктор, похоже, взял что-то вроде отпуска и почти все свое время проводил со мной, что, конечно же, было для меня постоянным поводом для радости. Но не все было настолько идеально, как мне бы хотелось.
Виктор сдержал свое обещание и привез мне мою трудовую книжку, где рукой Ани красовалась надпись о том, что я уволена по соглашения сторон, и мою зарплату. Я почти сразу разослала резюме в различные компании и даже получила несколько приглашений на собеседования, но Виктор отнесся к этому скептически. Он не предложил мне никакой другой работы, кроме того, он всячески мешал мне искать что-то самой под разными предлогами, и критиковал компании, которые меня приглашали на работу, обещая найти что-то получше. Но по факту вместо этого он полностью взял меня на содержание, постоянно возил в дорогие рестораны и на вечеринки, которые проходили в разных клубах чуть ли не каждый день. Не было ни дня, чтобы я не посещала дорогой салон красоты, теперь уже в качестве важной клиентки, где мне делали все возможные и невозможные процедуры для всего тела, маникюр, педикюр, укладывали красивые прически для мероприятий, наносили вечерний макияж. Мне пришлось согласиться на то, чтобы Виктор купил мне новые платья, джинсы, туфли и, конечно же, дорогое хлопковое белье. По одному только моему намеку Виктор сразу же купил мне платье моей мечты, то самое, бирюзовое, и оно мне так изумительно подошло, но мысли о том, что оно мне досталось слишком уж легко, немного уменьшили ожидаемый от покупки кайф. Буквально за несколько дней я так преобразилась, что с трудом сама себя узнавала в зеркале. Из меня сделали настоящую принцессу, и это было, конечно, очень приятно, но я не могла понять, почему Виктор стал резко против моей работы в принципе – его, похоже, вполне устраивала моя новая роль в виде его постоянной подружки. Когда я прямо спросила его об этом, Виктор ответил вполне однозначно – да, он действительно не хочет, чтобы я работала, потому что иначе он не сможет меня постоянно видеть, как сейчас. Впрочем, Виктор тут же пообещал мне, что недели через две сам найдет мне отличную работу, а пока просил меня не спешить и побыть с ним во время отпуска. Мне пришлось уступить, хотя мой статус по-прежнему был мне неясен, и свалившееся на голову счастье казалось зыбким и ненадежным. Меня не покидало чувство, что все происходящее со мной в любой момент рассыплется, как карточный домик. Но рядом с Виктором я забывала обо всем – он был такой заботливый, такой добрый, галантный и обходительный, что любовь уже давно переполняла мое сердце до краев, я буквально теряла контроль над собой, когда он брал меня за руку, и от его сладкого голоса у меня кружилась голова. Я чувствовала, что дороже него у меня никого нет и никогда не было, я была готова без промедления отдать за него жизнь, если потребуется. Иногда я даже мечтала о такой ситуации, где Виктор смог бы убедиться в моей преданности и самопожертвовании ради него, и даже немного жалела, что нас всегда сопровождала охрана. С каким удовольствием я бы бросилась спасать Виктора, закрывая своим телом от пули, от взрыва, от удара ножа, от чего угодно! И, наверное, как в кино, умерла бы с улыбкой, прошептав последний раз его сладкое имя... Все мои чувства, ощущения, инстинкты были обострены до предела, когда я находилась рядом, и особенно тогда, когда он смотрел на меня чарующим взглядом своих пленительных сапфировых глаз. Он был самым важным, самым дорогим для меня человеком, и мне казалось, что каждый мой взгляд, каждое мое прикосновение просто кричат ему о моей любви. Наверное, даже мои губы при разговоре с ним складывались сердечком. Думаю, Виктор все это отлично видел и понимал, потому что его обращение со мной с каждым днем становилось все нежнее, ласковее, и одна только мысль о том, что он тоже может испытывать ко мне любовь, возносила меня на самую вершину блаженства, и я уже не думала о будущем, я жадно наслаждалась тем, что есть.