– Спокойно, это только мой палец, – тихо проговорил Виктор. – Ты такая чувствительная.... И очень узенькая... Постарайся расслабиться, хорошо? Иначе я сделаю тебе очень больно, а я этого не хочу.
Он снова принялся гладить меня и целовать. Он приподнялся надо мной, края его рубашки касались моего живота, и я не видела, что за ними. А мне так хотелось посмотреть! Виктор еще шире раскрыл мои ноги и навис надо мной, и я уже чувствовала, как что-то горячее и влажное касается моей промежности, в том самом месте, где только что были его руки. Я бы подумала, что это его язык, но я точно знала, что это не так, ведь его лицо было рядом с моим. Я ясно знала, ощущала, что это там такое, и это заставляло меня вздрагивать. Горячее прикосновение было таким волнующим, и в нем чувствовалась неотвратимость...
Виктор целовал меня, а сам напряженно следил за моим лицом. Секунды тянулись медленно, и я вся дрожала от ожидания и еще больше — от страха, но Виктор снова стал нежно гладить мой живот, заставляя расслабиться. И вдруг я почувствовала надавливание внизу. Виктор начал входить в меня – очень медленно и осторожно. Мое тело инстинктивно сопротивлялось пару секунд, но сдалось. Я сразу почувствовала наполняющую боль и дернулась всем телом, но Виктор мягко удерживал меня, и я, тяжело дыша, постаралась расслабиться и не шевелиться. Странное тянущееся ощущение все нарастало, меня будто растягивали изнутри, и это было больно и вместе с тем приятно, хотя и очень, очень необычно... Я старалась прислушаться к каждой секунде этого необыкновенного проникновения. Виктор продолжал свое медленное движение, и вдруг его объятия стали жесткими, он с силой прижал мои руки к кровати, и я сначала не поняла, что происходит, а затем вдруг ощутила, как Виктор резко вошел глубже. Я почувствовала сильную боль внизу живота, и будто какой-то звук внутри меня, словно рвалась плотная ткань. Боль резко усилилась и стала жгучей, пульсирующей, я невольно вскрикнула и дернулась всем телом, инстинктивно пытаясь оттолкнуть Виктора назад, но он продолжал удерживать меня и погружаться, хотя я громко стонала от боли и шумно дышала, пытаясь высвободиться. Из моих глаз невольно брызнули слезы, но Виктор вдруг замер и снова поцеловал меня, и я расслабилась в его объятиях, которые становились все мягче. Боль постепенно отступала, и я уже не отталкивала его, а только смотрела на него, тяжело дыша, а он смотрел на меня. Наши лица были очень близко.
– Поздравляю, – проговорил он чуть слышно. – Ты стала женщиной... Я сделал тебя женщиной. Ты чувствуешь меня в себе?
– Да, еще как, – прошептала я.
– Скажи мне побольше об этом, пожалуйста, – попросил он. – Как ощущения?
– Как будто меня пригвоздили к кровати... Очень большим гвоздем, – я чуть пошевелила бедрами, и внутри меня все сразу отдалось странным болезненно-сладостным ощущением, так что я невольно охнула и закусила губу.
– Тебе больно? – сразу спросил Виктор.
– Мне хорошо...
Виктор усмехнулся, чуть прижимая меня к себе.
– Виталия, ты удивительная, – проговорил он. – Ты невероятно узкая, но полностью приняла меня... Я не могу в это поверить. Мы идеально совместимы. У нас будет классный секс.
Я только улыбнулась краешком губ, продолжая прислушиваться к новому ощущению внутри себя. Слабая боль не проходила, но вместе с тем, Виктор дотрагивался до какого-то очень чувствительного места внутри меня. Даже его малейшее движение заставляло меня чутко прислушиваться и ловить внутри себя это сладостное прикосновение, от которого по всему телу разливался жар. И я невольно вскрикнула во весь голос, когда Виктор вдруг стал двигаться слабыми осторожными толчками, надавливая как раз на это самое чувствительное место внутри. О боже, как приятно!... Неужели это всегда так приятно? Почему же я отказывала ему раньше?.. Мои мысли перепутались. Я застонала громче, когда он стал двигаться быстрее, сильнее, и я обхватила его за плечи, невольно раздвигая ноги еще шире, позволяя погружаться глубже, и каждое его движение вырывало из моего горла какой-то странный, утробный возглас и стон... Мои крики, казалось, очень раззадорили Виктора, и он стал менять ритм, двигаясь то быстро, то медленно. Он почти полностью выходил из меня, а затем погружался до основания, и это мощное движение по всей моей глубине заставляло меня откидывать голову назад, выкрикивая его имя вместе со стонами и возгласами. Виктор крепко держал меня, и сквозь полузакрытые веки я видела его лицо в полутьме. Он уже успел полностью скинуть рубашку, и я видела его тело полностью, такое прекрасное, сильное, и оно приносило мне такое невероятное наслаждение... Вот его лицо снова оказалось рядом с моим, и я впервые увидела его таким напряженным, покрытым мелкими капельками пота... Виктор, казалось, был очень сосредоточен, он кусал губу и пристально смотрел мне в глаза, и во время очередного толчка он вдруг с силой дернулся всем телом, крепко сжал мои плечи и вдруг застонал, стараясь сдерживаться, но стоны прорывались сквозь его стиснутые зубы. Виктор стал тяжело дышать, и я почувствовала, что по всему его телу проходит сильная судорога, и хотя он продолжал двигаться, я ощутила, как он пульсирует внутри меня, и именно это заставляло его издавать эти сладкие стоны. Это было так необычно, так возбуждающе... Именно я заставила его пережить эти сладостные моменты, и от этой мысли я почувствовала, как напряжение во всем моем теле достигло своего пика, и я сразу же будто взорвалась внутри, и меня охватила та же сильная, сладостная, ни с чем не сравнивая пульсация... Она шла изнутри и охватила все тело. Я громко вскрикнула и застонала во весь голос, сжимаясь и разжимаясь в одном ритме с ним, как тугая пружина. Я обнимала спину Виктора, и мои пальцы сжались, ногти вдавились в его кожу, невольно оставляя на его спине глубокие царапины. Но Виктору, похоже, совсем не было больно, наоборот, он еще крепче прижал меня к себе. Тяжело дыша, он остановился и почти лег на меня, прижимаясь влажным лбом к моему плечу.