– Вита! Виталия! Ты здесь? Ответь же! – голос Виктора нельзя было ни с кем спутать. Он стучал очень настойчиво. Я медленно опустила стекло и увидела его – в свете фар его лицо казалось невероятно бледным. Он смотрел на меня, и вид у него был растерянный.
– Почему? Почему ты уезжаешь? – спрашивал он.
– Виктор, – его сладкое имя отозвалось во мне нестерпимой горечью. – Прости меня... Я уезжаю, потому что не могу остаться...
Виктор смотрел на меня.
– Выйди из машины, – сказал он. – Нам надо поговорить.
– Нет, – я встряхнула головой. – Говорить буду я. Ответь мне только на один вопрос. Ты действительно помолвлен с Евой?
Виктор вздрогнул от моих слов... И сразу поник. Даже в полутьме я увидела, как потемнело и погрустнело его лицо. Пожалуй, это была даже печать горя, а не грусти.
– Да, это правда, – ответил он, и его слова обожгли меня сильнее, чем все обиды моей жизни, вместе взятые. На миг мне даже показалось, что я задыхаюсь – такой сильный был спазм в груди.
– Это все, что я хотела знать... – прошептала я, и по моим щекам потекли слезы. Я хотела закрыть окно, но Виктор не дал мне, удержав пальцами стекло.
– Я все тебе объясню, – начал было он. – Ты просто не знаешь всех деталей наших с ней отношений...
– Меня не касаются ваши отношения, – я с трудом сохраняла последние остатки силы духа. – Я желаю вам счастья... Прощай...
С усилием, но я все-таки закрыла окно и разрыдалась. Виктор попытался открыть дверцу, но она была заперта изнутри. Я плакала, и Артур надавил на газ. Мы снова поехали, и я уже не оглядывалась назад, я просто сидела, закрыв лицо ладонями, и моя душа разламывалась на кусочки – снова и снова, как в бесконечном калейдоскопе. Я и представить себе не могла, что можно чувствовать такую сильную душевную боль. От этой боли у меня помутилось сознание, и я, похоже, даже отключилась на какое-то время. Но Артур не останавливался, и мы все ехали и ехали, оставляя огни Москвы все дальше и дальше, превращая их в воспоминания.
Мы приехали в Пересвет под утро, в лучах зари.
Город еще был наполнен утренней прохладой. Артур остановил машину, и я вышла, разминая затекшие от долгого сидения ноги.
– Ну вот, ты и дома, – сказал Артур.
Я огляделась. Мы стояли возле моего подъезда. Я вдруг ясно вспомнила тот день, когда впервые уезжала – я точно также окинула взглядом знакомый до мелочей дом, и наши два окна, плотно закрытые шторами. Перед моими глазами, как в вихре, пронеслись события последних недель. Выставка, знакомство с Виктором и новая студия, которой так радовалась Аня... Восхитительные дни, проведенные вместе с Виктором, наша с ним ночь... И обман, который давил меня свей тяжестью, сгибал плечи, но я чувствовала, что должна пережить это и найти в себе силы жить дальше.
Вырвавшись из тумана собственных мыслей, я выпрямилась и огляделась. Было очень тихо. Холодный предрассветный воздух приятно щекотал мои щеки.
– Да, – ответила я. – Я дома...
Эти слова отдались во мне и радостью, и нестерпимой грустью.
На небе гасли последние звезды, уступая место новому дню.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ
Конец