Двое мужчин почему-то решили обежать карету сзади, третий влез внутрь, собираясь по-быстрому пробраться насквозь. Анна, не надеясь на успех, навыком быстро ударила его дверью, вызвав возмущенный матюг, и бросилась вперед. Пробегая мимо кучера, не глядя полоснула его обратившимся длинной стальной пластиной украшением — убивать его времени нет, но вывести из строя надо. С той же целью она вонзила псевдоклинок в круп ближайшей лошади, заставив ту обиженно заржать и встать на дыбы.
Мелочи. Вынудить сделать шаг в сторону, сбить дыхание, неверно поставить ногу. Всё, что угодно, лишь бы получить преимущество для побега.
В спину кольнуло, взвывшая интуиция заставила прыгнуть вправо. Брошенное заклятье задело самым краем, по-прежнему удерживаемый щит выдержал, всего лишь чуточку вздрогнув. Предупреждению Анна вняла, наподдав сильнее. Бегство в первоначально выбранном направлении не задалось, зато впереди виднелся поворот налево, примерно в нужную ей сторону. Девушка рефлекторно бросила назад проклятье-заплетайку, тут же попеняв себе за бессмысленное действие — они же не в лесу. Снова прыжок в сторону, мимо на уровне бедер пролетела зеленоватая плеть. Погоня не отставала.
Слава древним богам, сегодня Анна надела ботиночки на низком каблуке, а не вышитые шелковые туфельки.
Третьего заклятья, способного её спеленать, дожидаться девушка не стала. Бежала она быстро, но от магии не убежишь. Поэтому, едва стена дома сменилась низким забором, кошкой с разбега взлетела по нему, и спрыгнула вниз, в чужой двор. Здоровенная собака с рычанием набросилась на неё, чтобы тут же с жалобным взвизгом отлететь с дороги, от невидимой плюхи. Останавливаться и ждать, когда кто-либо повторит её трюк, магичка не стала. Она без задержки метнулась дальше, вскочила на поленницу, с неё на стену, отделявшую два разных участка, и побежала по ней. Краем глаза не столько заметив, сколько угадав движение, резко остановилась, пропуская перед собой очередной бросок «ловчей сети» — Хали, несмотря на возраст, бежал наравне с вассалами. Причем ещё и магией успевал пользоваться, в отличие от них!
Едва не свалившись, Анна понеслась дальше. Ей приходилось концентрировать внимание на беге, иначе она обязательно попыталась бы разрушить часть стены за спиной, хотя бы пару выбоин сделать. Тем не менее, она сумела скрыться от преследователей, забежав за угол высокого строения, и сразу соскочила вниз, на землю. Провожаемая ошарашенными взглядами каких-то бюргеров, чуть ли не пролетела мимо них, повторив трюк с забором. Чутьё подсказывало направление на ближайшее скопление людей и куда бежать, оно же пугало, говоря о погоне.
Снова собака, разбегающиеся с квохтанием куры, парень с вилами и разинутым ртом. Следующий двор оказался окружен высокими стенами, но, к счастью, ворота были слегка приоткрыты, и она выскочила на улицу. Бежать по прямой, не задумываясь, куда ставить ноги, оказалось проще, тем более что враги по какой-то причине замешкались и догнали её не сразу. Выигранные мгновения превратились в лишние пять шагов, благодаря им девушка завернула за угол до того, как в неё попала «слеза стужи». Это уже серьёзно, таким можно и убить… Похоже, дядюшка разозлился.
На её счастье, дальше улица не просто петляла — по ней ходили и ездили люди, причем ездили на телегах. Целых две повозки, прикрываясь которыми, она ещё больше разорвала дистанцию. Быстрее, ещё быстрее! Буквально пролетев две сотни шагов, почти не касаясь ногами брусчатки, Анна вылетела на перекресток и снова свернула, лихорадочно шаря взглядом по фигурам прохожих. Не то, не то, не… взгляд вильнул обратно. Двое, со шпагами на украшенных перевязях, скорее всего дворяне. И, самое главное, у обоих на одежде приколоты значки с символом правящего дома, иными словами — либо прямые вассалы князя, либо находятся у него на службе.
— Прошу защиты!
Должно быть, смотрелась она дико — растрепанная после долгого бега, тяжело дышащая, потерявшая обязательную шляпку. Тем не менее, её одежда указывала на богатство, а когда девушка, снова вздохнув, повторила:
— Имя мне — Анна Джейн Стормсонг, и я прошу защиты у слуг милостью Спасителя правителя фризских земель!
Её благородное происхождение стало очевидным. Не бюргерша, а дворянка. Причем говорила она громко, зеваки вокруг останавливались, понемногу собиралась толпа. Теперь они не могли не вмешаться.
— Эта девушка — моя племянница, — вмешался Хали. — Она сбежала из дома.