Девушки пришли не одни, компанию им составили знакомые парни.
— Кузина, ты собрала всю верхушку своего факультета, — улучив момент, рядом присел Антуан. Он, естественно, тоже вошел в числе приглашенных. — Как тебе удалось?
— Само собой вышло. Не ожидала от них такого внимания.
— Ты, конечно, талантлива, и всё равно… — продолжал рассуждать парень. Замолчав, он покосился на Анну, и тихонько спросил. — Какой у тебя ранг?
Легкая атмосфера ударила магичке в голову, хотелось шутить и смеяться. Конечно, рано или поздно её реальный уровень узнают. Но почему бы сейчас слегка не похулиганить?
— Перед комиссией я создала заклинание десятого ранга.
Правда ведь? Правда. О том, что ядро тянет на девятку, можно умолчать.
— Сильно. Может, поэтому, — с некоторым сомнением в голосе протянул родич.
— Десяток в университете мало?
— Шутишь? Почти все на одиннадцатом — я, сестра, наши знакомые. Кое-кто вовсе на двенадцатом, прошел хитрым способом. Десяток немного, большинство, кстати, у целителей и у вас, у земных воздействий. И у целителей обе девятки — Августа фон Альден и Зельда фон Гласхоф.
— А сколько всего студентов в университете?
Ответить на этот вопрос Антуан затруднился, поэтому заинтересовавшаяся Анна обратилась к декану. Тот уже принял пару стаканчиков мальвазии, повеселел, и был не против поболтать.
— Количество учащихся? О, сложный вопрос! Причем ответ на него зависит от того, как считать. Вы ведь осведомлены, что на артистическом факультете учатся не только одарённые, но и люди без дара? Так вот, это не совсем верно. Правильнее сказать, что их дар слишком слаб, чтобы поступить куда-то ещё. Если учитывать их, то на артистическом факультете учится четыреста человек — примерно по сто на первых трёх курсах, и по пятьдесят на четвертом-пятом. Половина студентов… или их родителей, оплачивающих учебу, не видит смысла продолжать обучение после получения диплома бакалавра. В других Домах ситуация схожая, у нас, к примеру, на третьем курсе учится шестьдесят три человека, а на четвертом — всего двадцать восемь.
— Получается, в нашем Доме всего двести тридцать-двести сорок учеников?
— И это неплохой результат! Я помню года, когда на факультете состояло всего полторы сотни человек, причем многие из них вживую не появлялись. Точнее, появлялись наездами, вот как вы собираетесь.
— Мне жаль, поверьте.
— Промысел Создателя ведет детей Его по жизни, не сообразуясь с их желаниями. Увы, остаётся лишь смириться с тем, чего мы не в силах изменить.
— Вы правы. А скажите, на остальных факультетах, у целителей и иллюзионистов, численность такая же?
— Скорее да, чем нет. Сейчас у медиков и на тонких воздействиях учащихся несколько больше, лет пять назад мы их превосходили. У теософов, хоть они и учатся на два года дольше, студентов всегда столько же или даже чуть меньше. Программа насыщенная.
Исходя из примитивных подсчетов, с округлением в большую сторону, в Букеле насчитывалось примерно полторы тысячи студентов. Учитывая малое в целом количество одарённых, очень приличное число выходило. А ведь в университет поступали со всей северной Европы, желающие получить образование приезжали издалека.
За другим углом длинного пиршественного стола стая хищниц безжалостно терзала доверчиво подставившуюся под удар жертву. В смысле, слегка опьяневшие, и оттого осмелевшие девушки приставали к Вальдзайте, надеясь с его помощью подтвердить или опровергнуть сплетни о взаимоотношениях преподавателей. Их интерес фокусировался на романтическом аспекте. Кто за кем ухаживает, насколько успешно, интрижка или планируется свадьба? Профессор успешно отбивался, насмешливо щурился и бросал провокационные фразы, заводившие девчонок, заставлявшие их спорить между собой. Причем в пылу спора всплывали любопытные вещи — всё-таки все собравшие были дворянками, принадлежавшими к не последним родам, они многое слышали о скелетах в чужих шкафах.
— Госпожа Винде никогда не возьмет Петера в продвинутую группу! — убеждала Эрна Франсуазу. — Хоть он извернётся, хоть начнёт всё время на зубрёжку тратить — не возьмёт!