— Как ваше самочувствие?
— Неплохо, — слегка поколебавшись, мужчина присел на кровать. Больше некуда было. — Целитель сказал, болезней нет, всего лишь истощение.
— Мне он сказал то же самое, но я спрашиваю не столько про здоровье, сколько о вашей реакции на новости.
Помолчав, Хингем пожал плечами.
— Я ждал чего-то подобного. Дух особняка должен был сильно потрепать предателей, возможно, даже кого-то убил. Из тех, кто медленно соображает и плохо бегает. Томас Блокли горяч, он наверняка захотел отыграться. В Уинби ему хода нет, зато в нашем поместье оружие носят только Род и старый Оливер. Легкая цель.
— Блокли? Не сэр Генри?
— Клейдон слишком умен. Мне кажется, он всё задумал, может даже, сам первый связался с Хали, договорился с ним обо всём, а потом уже втянул Тома. Не полезет Генри в первые ряды, для грязной работы у него дурачок припасён.
Звучало логично. Сэр Джон хорошо знал обоих вождей предателей, как-никак, долго вместе служили, так что в их характере и побуждениях разбирался лучше своей юной госпожи.
— Хорошо, что Родерика не убили.
— Они знали, что тогда я буду мстить.
Невольно Анна им залюбовалась. В свои пятьдесят дядя Джон оставался крепким, жилистым бойцом, с черными вьющимися волосами без признаков седины и скупыми движениями опытного мечника. Сейчас, пока они сидели шагах в трёх друг от друга, этого не чувствовалось, но вообще-то он превосходил Анну в росте на голову или даже чуть больше.
— Пацана я накажу, — продолжал Хингем. — Я послал сообщение, чтобы он бросал всё и уезжал в Харбертон. Он не послушал. Поэтому сначала в деревне отлеживался, а потом еле сюда дополз.
— Смилуйтесь, ему уже досталось!
— По-видимому, недостаточно. Иначе не спрашивал бы, когда мы вернёмся и всем покажем. Кстати, когда?
— Видите ли, в чём дело, сэр Хингем, — после паузы ответила Анна. — У меня нет уверенности, что мы вернёмся. Не в ближайшее время точно.
Услышавший формальное обращение, как к главе рода, мужчина мгновенно подобрался, словно готовый к броску зверь. Он осторожно наклонился вперед, вглядываясь собеседнице в глаза.
— О чём ты, маленькая леди?
— О том, что Уинби нам не удержать, — прямо ответила девушка. — Даже если произойдёт чудо, и Виктора выпустят на свободу без ограничителей.
— Объяснись.
— Согласно хартии Шепелявого Короля, рода лордов-духовников владеют землей вокруг темных мест до тех пор, пока защищают людей от выходцев из Царства Духов. Стормсонги — не исключение. Пока мы держим печати на переходе, убиваем измененных, исторгаем духов обратно и не позволяем им покидать окрестности, к нам претензий нет. Перестаём справляться — сразу теряем право на землю. Сейчас у нас не осталось достаточно сильных магов, чтобы поддерживать запирающие проходы заклятья. Они мастерского уровня, откровенно говоря, в них и отец-то разбирался с трудом, наложить их заново он бы не смог.
Вторая проблема заключается в егерях. Посылать обычных охотников или солдат патрулировать окружающий переход лес бессмысленно, их быстро сожрут. Нужны одарённые, желательно обученные нужных образом. А их нет! После всего происшедшего рассчитывать на Блокли и Клейдонов глупо, вас с племянником не хватит. Нанять на стороне? Дорого, да и негде. Попросить союзников? Откажут. Боевики нужны самим, их много не бывает.
Вот и получается, что проход мы контролировать не сможем. Пройдёт совсем немного времени, оттуда вылезут разные твари, и отправятся бродить по окрестностям. Уверяю вас, после первого же случая одержимости или смерти друзья Хали поднимут вой в Конвенте, напишут кляузу в церковь, обратятся к королю. А король, разумеется, передаст владение в руки представителю побочной ветви Стормсонгов, дабы «преемственность не прервалась, да честь предков не умалилась».
— У твоего деда землю не отняли, хотя случился полноценный Прорыв!
— Сорок лет назад ситуация была другой. Тогда Стормсонги были родом, до конца защищавшим смертных от темного нашествия, потерявшим почти всех мужчин, но не отступившим. Сейчас мы — изменники, король нас не любит, друзей при дворе нет. Зато покровители Хали пользуются немалым влиянием.
— Не может быть, чтобы всё было настолько плохо, — покачал головой Хингем. — Ты преувеличиваешь.
Анна с трудом удержала лицо. Всё-таки сложно убедить отнестись серьёзно к твоим словам человека, помнящего тебя закутанным в пеленки кулечком, носившего на руках и помогавшего прятаться от нянек. Конечно, сэра Джона можно понять, в одночасье его мир если не рухнул, то пошатнулся…