Торчащая над снегом голова разлетелась кровавыми брызгами.
— Получилось, — не веря собственным глазам, прошептала Анна. — Попала! Попала, Род!
Удачным выстрелом она буквально выиграла бой. Безусловно, у врагов ещё оставалась возможность броситься на приступ и завалить защитников телами, но вряд ли они так поступят. Не тот контингент, чтобы идти на смерть. А создать двойной щит и противопоставить магии Стормсонг магию своих одаренных они больше не смогут, всего один у них волшебник остался. Причем, судя по тому, что находится в задних рядах, не боевик.
— Попали, м-леди, — прошептали рядом.
Обернувшись, Анна осмотрела подростка и немедленно скомандовала:
— Опускай щит! Опускай, больше не надо!
Младший Хингем обликом напоминал упыря. В смысле, белый, со струйками крови из носа, и шатается. Иными словами, выглядит одаренным, схлопотавшим серьёзное магическое истощение. Нервно поглядывая за ограду, Анна склонилась над вассалом, наскоро провела диагностику и озабоченно нахмурилась — состояние не критическое, но хорошего мало.
— Ральф! Отнесите его в главный дом, положите возле камина, дайте теплого молока с маслом и медом. Словом, он должен находиться в тепле и тишине.
— Сейчас, миледи. Яков!
После того, как парня унесли на импровизированных носилках, магичка вернула внимание к отступившему врагу. Усилием воли она подавила эмоции — ещё ничего не закончилось, выигран лишь первый этап. Отряд, возможно, вернётся. Что делать? Догнать и уничтожить, пользуясь преимуществом местности? Или риск слишком велик? Мозг холодно и деловито защелкал невидимыми счетами, просчитывая варианты.
Два сильнейших бойца противника уничтожены, остались примерно пятнадцать простых людей, прикрытых артефактной защитой, и один маг. Поодиночке она способна уничтожить любого, справиться с группой из двух-трёх нападающих тоже не составит труда. Сложности возникнут, если придётся драться с бо́льшим количеством воинов. Бьющих по площади заклятий у неё нет. Ещё следует учитывать, что в маленьких отрядах сильнейший одаренный, как правило, является командиром, следовательно, сейчас у оставшихся врагов нет очевидного лидера. Их поведение теорию подтверждает — вон, сгрудились в отдалении, орут друг на друга.
Неожиданно Анне вспомнилось обстоятельство, заставившее её скрипнуть зубами. Дядя Джон. Буря застала его в одном-двух днях пути от Черного Холма, и сейчас, когда она кончилась, старший Хингем наверняка спешит сюда. Что, если он наткнётся на отступивший отряд? Первый из её вассалов, конечно, сильный и опытный боевой маг, но численный перевес зачастую решает.
Оставаться на месте, под защитой невысоких стен, значит потерять инициативу. Цели напавших неизвестны. Они могут уйти, напуганные потерями, а могут предпринять вторую попытку, если за убийство или похищение конкретной дворянки им пообещали достаточно много. Терять инициативу нельзя…
— Поесть принесите что-нибудь, — приказала она Ральфу. — И питья горячего.
— Полагаете, миледи, они попробуют повторить? — сделав знак одному из сыновей, спросил управляющий.
— Они не уходят, Ральф. А я не могу позволить угрозе оставаться рядом с виллой.
Заряженные заклятьем молнии снаряды хорошо себя показали, поэтому она принялась делать новые, планируя использовать для этой цели остаток слитка. Занятие нудное, скучное. Хорошо ещё, что восстановившееся ядро быстро восполняет потраченную энергию, поэтому истощение ей не грозит. Так что сейчас она наделает пуль, отдохнёт, перекусит и пойдёт убивать.
Перспектива не радует. За стенами как-то спокойнее. Надежнее.
— У нас большой щит есть? Или дверь, с петель снятая?
— Найдём, если надо, — с удивлением ответил Ральф. — Только зачем, миледи?
— Думаю, чем прикрываться от этих, — кивнула в сторону врагов Анна. — В глубокий снег они не полезут. А держать магический щит против обычных стрел или пуль из мушкетов затратно.
Силы у неё, конечно, много. Но её лучше приберечь для чего-то атакующего. Для простого человека управляющий рода Стормсонг прекрасно разбирался в нюансах колдовства, кроме того, только что он видел перенапрягшегося Рода. Поэтому желание сэкономить понимал. Тем не менее, с сомнением покачал головой: