Его, впрочем, тоже вполне можно было понять, астростанция и без того даже на вполне непредвзятый взгляд совершенно не выглядела со стороны хоть сколь-нибудь разумной заменой разведсабу. Толстое, неповоротливое, хотя и невероятно прочное корыто, чья энерговооружённость в итоге могла дать фору даже новомодному «мю-классу». Но тут бы не сумел проскочить даже разведсаб. Совсем без шансов.
— Надо нам что-то срочно придумать, иначе какой смысл здесь крутиться, командуем обратный прожиг, коллега Чо Ин Сон вполне нас поймёт.
Это из своего угла подал голос Ли Хон Ки.
— Вы, контроллер, что-то конкретное хотите предложить? — Тайрен, похоже, уже совсем терял терпение, раз вот так сходу попёр в атаку. Контроллер, конечно, был здесь главным заинтересованным в успехе экспедиции человеком, но уж точно он не был виноват в том, во что превратился героическими усилиями Чо Ин Сона локальный пузырь дипа.
— Я просто констатирую, что одними действиями флот-лейтенанта Хиллари мы ничего не добьёмся. А продолжать здесь без толку висеть с каждой секундой становится всё рискованнее.
— Расскажите нам что-нибудь, о чём мы не знаем, — проворчал, успокаиваясь, коммандер, — а лучше обеспечьте нам чудо в виде связи с бакеном.
— А чем бы нам помогла восстановившаяся связь? — у Ковальского, кажется, был особый талант выставлять себя дураком.
— Да хотя бы позволила нам сообщить контроллеру Чо детали плана по его вызволению. Была бы связь, я бы первым делом скомандовал ему погрузиться как можно глубже в локальный балб. Он же до сих пор не в курсе, что ему уже вовсе не обязательно рвать на себе тельник, продолжая поливать субсвет каскадами барража, в проективном секторе давно ни черта космачьего не осталось — покуда там не наблюдается ничего крупнее горелой головешки.
— И тогда мы бы смогли подобраться к проекции бакена?
— Учитывая, что всё это покуда голая теория — да, мы могли бы попробовать. Но что толку от рассуждений, если связи нет, а на гемисфере такая плотность шевелёнки, будто мы тут с вами снова на подрыв «глубинника» нарвались.
Ковальский в ответ глупым жестом потёр кулаком лоб, словно что-то мучительно соображая.
— Вы, коммандер, наверное не в курсе, но я уже как-то оказался на борту «Эпиметея» без связи. И это в итоге получилась вполне себе решаемая задачка.
Собравшиеся уставились на астрогатора так, будто хотели прямо сейчас его пристукнуть. За неспособность внятно изъясняться.
— Если вы, астрогатор, прямо сейчас не прекратите балаган… — голос Тайрена скрипел, как старый ржавый штурвал.
«Коммандер, оставьте Ковальского в покое, сама по себе астростанция с бакеном на связь выйти не в состоянии».
Грубый янгуанский акцент ворвавшегося к ним в кают-компанию голоса было тяжело с кем-то спутать.
— Цзинь Цзиюнь, вы?
«Как будто вы здесь ожидали кого-то другого. Вам привет от экс-посланника Илиа Фейи».
Кто-то в кают-компании машинально пробормотал что-то про «трёпаных спасителей», однако на этот раз в этом традиционном заклинании сквозили и нотки радости. «Лебедь» есть «Лебедь», как говорится, лучше с так, чем никак. Дайс тут же перехватил управление астростанцией:
— Насколько я помню, именно вы тогда умудрились выйти на связь с заблокированной в субсвете группой полковника Томлина.
«Да, и попробую повторить это снова. Но не ждите от меня чудес, капитан, и будьте кратки».
Позитивный настрой — это хорошо, позитивный настрой это замечательно, — пробормотал себе под нос Дайс, пинками разгоняя команду по своим креслам. Астростанция, несмотря на всю её гражданскую стерильность, оказалась весьма ходкой посудиной, и во время тестовых прожигов продемонстрировала себя с самой лучшей стороны, но как же всё-таки расхолаживают эти печально знакомые уютные кресла! Жаль, что Превиос они в тот раз ущучить не смогли. Знать бы сейчас не знали ни о каких бакенах.