— Пошли-пошли-пошли! Ходу!
Понукаемые криком Дайса Ковальский с Ли Хон Ки дружно отстегнули карабины подвески, неловко выбираясь из кресел. Дальше их былая прыть и вовсе сошла на нет — на учениях палуба не ходила ходуном и не заставляла тебя своей вибрацией клацать челюстями. Передвигаться этим двоим приходилось теперь вдоль стеночки, то и дело отчаянно хватаясь за выступающие аварийные поручни.
Медленно, слишком медленно!
Но вслух Дайс ничего не сказал, вместо этого подключившись к Тайрену в навигационный контур и отбирая у старика контроль за грависекцией. Осталось совершить последний, самый простой и самый важный манёвр — состыковать бакен с астростанцией в соосной сцепке, как изначально и планировалось.
— Эй-Джи, что там на акустике?
— Стабильно как в морге, если начнутся проблемы, я сообщу.
— Апро, начинаю финальное сближение. «Лебедь», свяжитесь с бакеном, пусть контроллер Чо встречает нас у тамбур-лифта и будет готов к обмену.
«Исполнено».
Дайс, поморщась, всмотрелся в маркеры на гемисфере. Знакомого «петушка» там было не разглядеть, но тральщик с летящим наверняка где-то тут неподалёку, не сидится обоим на галёрке, всё-то им первые ряды подавай. На себя посмотри, капитан, сам тоже хорош дайверок.
Повинуясь осторожным, размеренным колебаниям осевого квадруполя астростанции, бакен принялся враскачку, неуверенными, словно пьяными движениями разворачиваться посреди гемисферы, подставляя «Эпиметею» свой южный, на вид чуть менее колючий полюс, где их поджидала искомая шлюзовая камера.
«Мы на месте, капитан».
Прекрасно, самое время. Голос Ковальского чуть дрожит, но парень явно собой доволен, что справился. Что же, они и правда почти у цели. Тайминги покуда неплохие, но запас у них всё равно минимальный.
А теперь — помалу, помалу…
Болтанка с каждой секундой как будто только усиливалась, но этот эффект был кажущимся — по мере сближения двух объектов их относительные колебания становились всё заметнее и требовали всё больше контроля. Когда же вперёд полез стыковочный щуп, речь начинала идти о жалких сантиметрах — вот уж флотским навигаторам никогда бы не пришло в голову, что в реальном боевом прожиге можно оперировать подобными величинами допусков. Для них обыкновенно плюс-минус полутик — уже предел мечтаний. Но опытному дайверу при всплытии зачастую приходилось висеть на перископной глубине у самой границы файервола, и если ты не хочешь в результате остаться без своего крафта, уж будь добр соответствуй.
В прошлый раз они с Тайреном потеряли «Джайн Аву», но сохранили экипаж, сегодня Дайс себе подобной вольности позволить никак не мог.
— Есть касание.
Грубый скрежещущий звук, сопровождающий замыкание стыковочных замков, раздался в кают-компании, минуя любые тактические каналы, их поневоле ретранслировал сам силовой остов астростанции.
Тряска тут же прекратилась. И сразу настала полная тревожного ожидания вязкая тишина.
Первым очнулся Дайс.
— Экипаж, перекличка. Аномалии на борту?
— Негатив, капитан.
— Негатив, примар.
«Мы тут в порядке, готовы к открытию шлюзов».
Прекрасно. Осталось, чтобы им кто-нибудь с той стороны открыл.
— «Лебедь», почему молчание на бакене?
«Не могу знать, связь неустойчивая. Минуту».
Дайс с досады проскрежетал циркониевыми зубами. Проделать такой путь, чтобы упереться в банальную неисправность, космачи засмеют.
— Горизонт, акустика?
— Баламутит в рамках нормы.
— Грависекция бакена?
— После стыковки перешла в синхронный режим, но теперь не мы ею управляем, а она нами.
Вполне ожидаемо, бакен сам по себе был куда мощнее «Эпиметея», но погодите…
— Я правильно понимаю, что если мы не наладим связь и контроллеры не переподчинят квол бакена нам, то нам в итоге придётся разрывать замки в аварийном режиме?
— Апро, примар, — голос Тайрена поневоле дрогнул, выдавая старика с потрохами.
А вот это уже из рук вон, в их расчёты аварийная расстыковка никак не входила. Тут при малейшем неточном импульсе жди беды — квадруполь бакена их попросту катапультирует в белый свет как в янгуанское цзяо. А это значит…