— Бакен может и удержит горизонт, а вот нас наверняка сходу размажет о файервол. Ну, или шевелёнкой добьет, пятьдесят на пятьдесят, контроля же по сути никакого.
Фантастические перспективы, ничего не скажешь. Теперь они, выходит, так и так, без шансов, связаны с судьбой беглого бакена. «Плана бэ» у них больше нет.
— Ясно, значит, надо кровь из носа устанавливать связь. Астрогатор, выводите визуальный контроль в общий канал. Я хочу видеть обстановку в шлюзе.
Картинка, послушно транслируемая Ковальским, впрочем, никакой полезной информации Дайсу не предоставила. Шлюз выглядел обыкновенно. Никаких тревожно переливающихся красных транспарантов, но и ни малейших следов зелёных огней готовности. Осевой шлюз как будто не заметил успешной стыковки.
— Квол, анализ.
— …согласно поступающим от моей периферии сведениям, во время шлюзования замкнуты исключительно механические коммуникативные каналы астростанции и бакена: силовые энерговоды, оптические синхроканалы стыковочных подсистем и жизнеобеспечения переходной камеры, всё готово к переходу, но не поступает сигнал инициации, более того, мне по-прежнему недоступны каналы связи…
Дайс резким щелчком контрольных колец оборвал голосовой канал квола. Ничего нового.
— Экипаж, нужны идеи.
— Можно попробовать надеть экзосьют и постараться снаружи вскрыть шлюз без формального аппрува с той стороны, проложить фидер…
— Негатив, это автоматически означает, что после расстыковки бакен останется без осевого шлюза, по сути, мы и контроллера Чо в итоге не вызволим, и вдобавок кого-то из наших там похороним.
— Ну, хотя бы остальной экипаж уцелеет.
Как-то они слишком быстро перешли к упадническим настроениям. Пока рано, мы ещё тут поколупаемся.
— Отставить. Астрогатор, вы знаете «Эпиметей» лучше нашего, есть альтернативные предложения?
— Кх, — нервно откашлялся Ковальский, — есть ещё экваториальный шлюз, через который смертнички полковника Томлина к нам вломились после шока. Вы же там их и встречали, с пирогами и караваями.
Дайс поморщился. Он не любил, когда ему напоминали о той дурацкой истории.
— Это сколько вдоль внешней брони?
— Метров триста, если по прямой, но вы же видели, что там за поверхность на той стороне.
Да уж. Внекорабельная деятельность, она же для краткости «вэкадэ», в дипе, без подготовки, без планирования, у самого файфервола, да ещё и топать шесть сотен метров по пересечёнке в один конец.
— Вы с ума сошли, капитан? — это подал голос Ли Хон Ки. — Выход на границе дипа, как вы себе представляете подобное упражнение?
— Негатив, я просто обсуждаю варианты.
И тут в кают-компании снова раздался голос Цзинь Цзиюня,
«У меня плохие новости. Связи не будет».
Проморгавшись от последних следов бесполезной гемисферы, Дайс отыскал глазами взгляд обоих оставшихся в помещении дайверов. Мерцающие раскалённым металлом накладки Эй-Джи и утопленные в старческих морщинах бельма Тайрена отвечали на его взгляд со спокойствием приговорённых. Все всё понимали, вариантов особых у них теперь не оставалось.
Отрубив общий канал, Дайс деловитыми движениями принялся сдирать с себя самодельную обвязку, которую они для этого рейса совместными усилиями нарочно учинили.
— На отвод астростанции от бакена понадобится двое. И я из нас троих при этом самый бесполезный.
— Негатив, примар, на «вэкадэ» пойду я, — каркающий голос Тайрена скрежетал сейчас особенно невыносимо — словно ржавчиной о битое стекло.
— Ты на себя посмотри, коммандер, ты и сам не дойдёшь, и фидер по пути угробишь. Отставить самодеятельность.
— Капитан, сорр, вы тоже не в лучшей форме, идти надо мне.
— Флот-лейтенант Хиллари, когда дорастёшь до моих погон, тогда и будешь решать за других. А пока слушай мою команду — поскольку это дорога так и так в один конец, приказ будет такой: подвигов не совершать, дурью не маяться, как только заработает шлюзование — принимаете гостя, закидывайте контроллера Ли в тамбур-лифт, и на этом сразу отчаливаете, хватит с нас на сегодня приключений. Это понятно?