— Успеха? Что вы имеете в виду?
— Исключительно эту станцию. Мне с коллегами нужно понимать, к чему готовиться.
Очки гранд-инженер на долгие несколько секунд замерли.
— Оператор, повторяю, это не официальная позиция Семи Миров, и Конклав тоже никогда не подтвердит вам мои слова, но вы с коллегами обязаны готовиться к эвакуации станции в любой момент. Если, я повторяю, если боевые флоты Адмиралтейства смогут удержать области огневого контакта в пределах проекции Цепи, а сама Цепь успеет выйти на номинальную мощность по итогам запланированной миграции, только в таком случае можно будет начинать всерьёз надеяться на сохранение статус-кво, пока же — считайте что вероятность успеха минимальна.
И и тут же оборвал канал. Грубо. Но справедливо, Кабесинья-третий сам напросился, так нечего теперь морщиться. Осталось лишь вновь развернуть на всю гемисферу текущую картину огневого контакта, чтобы попытаться взглянуть на неё трезвым взглядом.
Три ржаво-красных выступа по-прежнему вклинивались в заградительные построения сил Адмиралтейства, а также примкнувших к ним экспедиционных флотов ирнов и летящих, и каждый из них в реальности находился в пределах одного пассивного прыжка от их станции. Если бы рейдеры Армады прямо сейчас начали массовый прожиг, их бы попросту некому было встретить и тем более остановить — все наличные крафты были сейчас задействованы на удержании авангарда сил противника.
То есть по сути вся их хвалёная оборона, столь скрупулёзно выстроенная лучшими аналитиками Афин, и укреплённая впоследствии флотами союзников, держалась сейчас исключительно на том факте, что враг понятия не имел о том, что Барьер уже скомпрометирован, и лишь потому рейдеры не рисковали возможностью распасться на субатомные частицы во время прыжка сквозь Цепь, как это случилось во время Бойни Тысячелетия.
Кабесинья-третий почувствовал внезапно, что внутренне закипает. Какому идиоту вообще вздумалось мигрировать бакены в столь ответственный для всего Сектора момент?
Впрочем, стоп, не стоит крутить эту шарманку с начала, они это неоднократно проходили, всё без толку. Чудо состояло уже в том, что контроллеры Цепи решились на всю эту операцию. Если бы не бакен 62 и его героический оператор Чо Ин Сон, рейдеры Железной армады уже давно проникли бы в пространство Фронтира, и наверняка уже поливали бы зенитным огнём «Тсурифу-6». Это в лучшем случае, а в худшем — сложно было об этом вот так спокойно размышлять — уже молча ушли бы после ускоренной разморозки на второй прыжок, ищи их свищи где-то на полпути к Семи Мирам.
И поди уже искали. Наверняка в самом начале барража кто-нибудь из рейдеров да прорвался, и орбитальные сборочные линии Порто-Ново сейчас по кулдауну методично досылали в дип разведывательные дроны, насыщая ими межзвёздное пространство в поисках следов прорыва. Вот только никаких промышленных мощностей не хватит, чтобы охватить даже считающиеся относительно безопасными для навигации внутренние области Сектора Сайриз — квадранты без проходящих ударных волн, джетов, скоплений газа, остатков разрушенных тесными прохождениями протопланетных дисков, кометных потоков и галактических радиационных поясов. Десятки миллиардов кубических тиков зон свободного манёвра, не говоря уже о прочих местах, куда человек в здравом уме бы никогда не стал соваться. Человек, но не Железная армада. Никто не знал в точности, на что она в действительности была способна.
Говорит «Таманрассет», наблюдаем в нейтринном активность на девять. Конклав, отправляю запрос на экстренный разведрейд, требуется акустическое подтверждение сигнатур в гравидиапазоне. Направьте туда дежурный «Лебедь».
Но во всяком случае Армада происходила из нашего, привычного мира с его традиционной физикой и сопутствующими ей ограничениями. Машины не вечны и не всесильны. Железо ржавеет, полупроводники деградируют, гетерополимерный армопласт разрушается. За всю историю столкновений летящих, ирнов и людей со своим беспощадным врагом последний не сумел освоить ничего сложнее пассивного прыжка Сасскинда, доставшегося им, по всей видимости, ещё от неведомых создателей, выпустивших некогда эту механическую заразу на просторы Галактики. Подобный непреложный факт лежит в основе любых предположений по поводу дальнейшей судьбы нашего звёздного острова.
Кабесинья-третий покрывался изморозью мурашек каждый раз, когда задумывался о том, что однажды всё может измениться. Тогда уже людям точно ничего не поможет удержать Армаду под контролем, ни флоты дружественных рас, ни границы Барьера.