Однако несмотря на все никак не изживаемые детские болезни, контр-адмирала продолжала восхищать та переполнявшая «Таманрассет» безудержная мощь, которая и делала мю-класс мю-классом.
Куда там привычным ребристым ПЛК, да, те были стабильнее в контроле, подвижнее в манёвре, гораздо точнее в ведении огня по горизонту, и уж точно они не плюхались из недр дипа в субсвет с неуклюжей грацией террианского китообразного ластоногого.
Но от «Таманрассет» всего этого и не требовалось.
Тогда как классические флотские первторанги работали в барраже подобно хирургическому скальпелю, точными пассами закрывая скомпрометированные каналы и гася на подходе каскады набрякшей угрозы, там где они были способны возглавлять на прожиге ордера в сотни бортов всех мастей и калибров от неповоротливых кэрриеров по малые крейсера и разведсабы включительно, пока лямбда-класс был способен приносить с собой в физику лишь слабое эхо дипа и потому годами мог оставаться автономным вне пределов Барьера, прежде чем приходилось вставать в барраж, в общем, пока привычные контр-адмиралу крафты оставались тонким, точным, эффективным инструментом покорения окружающего Фронтир космического пространства, подобные «Таманрассет» чудовища попросту являлись и разносили всё вокруг к чертям космачьим в кварк-глюонную пыль.
Чем не переставали восхищать контр-адмирала.
Начинался же этот невероятный барраж ещё у порта отбытия, в прыжковой зоне «Тсурифы-6», дальше которой операторы станции «Таманрассет» не пустили, даже если бы контр-адмиралу и в страшном сне заблагорассудилось вывести свою великаншу в свет. Пока завершалось обслуживание, латались ожоги в прочном корпусе, менялись контейнеры систем жизнеобеспечения, крафт так и продолжал болтаться на рейде подальше ото всех, будто новая луна этого мира, на которую, впрочем, обыкновенно не обращали особого внимания, с опаской двигаясь мимо, каждый по своим маршрутам. Но стоило «Таманрассет» тронуться в путь, как всякая жизнь вокруг тотчас замирала.
Никаких походных ордеров, никаких совместных прожигов. В этот путь мю-класс выдвигался сам-один, на гигантскую неуклюжую корму с факельной зоной, растянувшейся на добрых полтика, если и оборачивались, то разве что сплюнуть три раза от сглазу. Увы, если подобная туша всё-таки сдвинулась с места, значит космачьи приметы уже не помогут, теперь уж точно — жди беды.
И она не заставляла себя ждать, тут же, по ту сторону файервола, только-только мю-класс прорывался с боем в шестимерие дипа, как его разом окружало в проективном пространстве тактической гемисферы небывалое даже для опытных дайверов зрелище.
Дип и без того по самой своей природе был полон агрессии к террианским крафтам, неспособным скользить в его недрах бесшумной тенью дарёных «Лебедей», но то зеркальные рёбра ПЛК или живое серебро разведсабов, как говорится, вошёл-вышел, приключение на двадцать минут, «Таманрассет» с её чудовищными габаритами и вопиюще не оптимальной площадью рассеяния мгновенно собирала вокруг себя столь плотные плети шевелёнки, что эти безглазые стохастические змеи буквально принимались свиваться в клубки и пытаться атаковать наглый крафт вездесущими эхо-импульсами задолго до того, как он выходил из проективного пространства защитных гипердодекаэдров Цепи.
Так что тот максимум, на который «Таманрассет» хватало – это неспешно доковылять до границ Фронтира, после чего грузно ухнуть через зеркальную мембрану файервола обратно в спасительный субсвет, пока угроза не приобрела совсем уж фатальный масштаб.
Да, вот так, как есть, со всем накопившимся по дороге энтропийным хвостом.
С шумным плюхом всё это безобразие по команде контр-адмирала обрушивалось в «физику» в заранее согласованной с Адмиралтейством точке пространства, где-то между Воротами Танно, радиоактивной бездной локального войда и цветастой мешаниной расходящихся ударных волн на самой границе Скопления Плеяд.
Только тут и становилось окончательно ясно, зачем вообще всю эту нелепую машинерию принялись спускать со стапелей.
Потому что в отличие от штатного завершения активного прыжка в проективное пространство не просто сыпались каскады суперсимметричного распада, нет, с появлением в «физике» пузатой туши «Таманрассет» немедленно начинался самый безумный огненный барраж, какой только приходилось видеть флотскому навигатору.