— К слову о статус-кво. Перед тем, Отоне Синту, как вы покинете борт моего «Лебедя», я бы хотел представить вас коллегам, — «своим» Рейес называть этот корабль мог разве что в качестве горькой усмешки. Но колченогая птица даже и корнеями в ответ не повела. — Согласно моим сведениям, они будут нас ждать непосредственно в точке проецирования.
— Как раз об этом я и хотела с вами поговорить, Рейес. Мне бы не хотелось контактировать с прочими представителями человечества до разговора с соорн-инфархом, он тоже нас ждёт.
Ещё бы. Ждёт и ещё как, аж на месте подпрыгивает.
— Как вы себе это представляете? Мы проецируемся в субсвет, после чего блокируем шлюзы, пока нас не соизволит посетить Симах Нуари? Я не против его присутствия, мне и самому давно хотелось бы при случае задать ему пару вопросов, однако что-то мне подсказывает, что соорн-инфарх совершенно не готов к этой встрече и потому он наверняка предпочтёт сразу после вашего недолгого, смею предположить, общения отправиться обратно в Большое Гнездо, так что с точки зрения сохранения того самого «статус-кво» в ваших интересах как можно дольше держать его в неведении относительно дальнейших планов Совета.
— Вы забываетесь, Рейес.
Кажется, Отоне Синту при этих звуках вокорра натурально лязгнула рострумом, если это вообще анатомически возможно. Зубов или по крайней мере их функциональных аналогов у летящих отродясь не водилось.
— Прощу прощения, Отоне Синту, вас не должны смущать мои грубые манеры, ведь я де-факто всего лишь простой артман, но ситуация и правда критическая, и ваше рандеву с соорн-инфархом вполне может быть отложено до лучших времён, тем более что он сейчас всё равно исключён из цепочки командования, все три Крыла экспедиционных сил Тсауни уже переподчинены, не так ли?
Летящая тотчас отступила, сообразив, куда всё клонится. В этой галактике у неё фактически не было никаких полномочий. Всё, что она могла — слушать и кивать. И потому она будет слушать. И кивать.
— Простите и вы меня, Рейес. Мне не следовало так жёстко настаивать. Что же это за «коллеги», которым меня решил представить сам Ромул?
Нет, не Ромул, совсем не Ромул.
— Увы мне, я могу только предполагать состав делегации, но думаю, скучно не будет. Воин, мы готовы к обратному проецированию?
«Полёт проходит штатно, получасовая готовность».
Цукат отвечал привычным механическим тоном, даром что он никогда не пользовался никакими вокоррами. Порой это доводило Рейеса до бешенства, но он всегда быстро брал себя в руки. Запомни, ты и такие как ты отдали людей на растерзание этим бездушным монстрам, так что нечего теперь гнушаться.
— Значит, вас самого тоже предпочитают держать в неведении?
Рейес почти машинально усмехнулся, ничуть не сомневаясь, что реакция была правильно интерпретирована противоположной стороной.
— Не только в неведении, но и на значительном расстоянии. Можете мне поверить, для многих соплеменников, особенно из числа носителей искры, мои намерения выглядят ничуть не более предсказуемым и ничуть не менее предосудительными, чем для вас и вашего Совета.
— Отчего так?
Прозвучала фраза весьма по-человечески. Искреннее любопытство, смешанное с толикой язвительности. К сожалению, это была лишь иллюзия. У летящих в ходу свой собственный спектр эмоций, весьма отличный от человеческого.
— Думаю, причина тут проста. Я и сам для себя покуда во многом — лишь запертый чёрный ящик. Потому нас и станут встречать целой делегацией. Не нас — меня, о вашем присутствии они не догадываются вовсе.
Отоне Синту не моргая смотрела на него своим бездонным, холодным и отстранённым взглядом, за которым как будто не скрывалось никакой души, никаких мыслей, одно лишь гулкое эхо тикающего внутри часового механизма. И лишь когда механизм отработал и шестерёнки его замерли в искомом положении, последовал ответ:
— Выходит, не только Тсауни предпринимают отныне определённые усилия по сохранению статус-кво?
— Выходит, что так.
На самом деле всё куда тоньше, если бы Рейес предложил Совету исключительно банальную альтернативу — сгинуть без следа или же сгинуть, этот самый след оставив, причём не след в образе проклинаемых всеми непрошеных спасителей, а настоящих, деятельных союзников, то Симах Нуари и подобная ему фракция летящих-изоляционистов, наверняка в итоге попросту снова взяла бы верх. Но как и в случае с тем несчастным мятежом, Рейес показал Хранителям пусть ничтожный, едва ощутимый, несчастный шанс на действительную возможность неиллюзорной победы.