Да уж. И за что Е Хуэю такое обращение? Он же для этих вояк сделал столько всего хорошего, снабжал «Тсурифу-6» аквой в самый критический, можно сказать, момент! Впрочем, кто старое помянет…
— Ну что вы, майор, я ни в коем случае не хотел вас побеспокоить, просто намекните, и я тут же уберусь своим ходом.
Тонкие усишки советника послушно опустились в горькой обиде, мол, как так, прекрасно же общались. И в результате это помогло.
— На три часа, сорок тиков, в беседке. А теперь живо с глаз моих!
«На три часа» это по-флотски вправо по курсу майора, сорок тиков, значит, будет сорок метров по прямой. Что же тут непонятного.
К несчастью, проследовать в указанном направлении сходу не удалось — на пути у Е Хуэя показались знакомые сутулые фигуры, тотчас направившиеся советнику на перехват. А этим-то что от него надо!
— Е Хуэй, надо же, какие люди, кто бы мог подумать, что на всей Янсин не сыщется другого желающего поприсутствовать!
Астрогаторы Михаэль Ковальский и Шелдон Рабад собственной персоной. Давненько не виделись, пожалуй что с самой «Тсурифы-6». Советник Е механически изобразил приветливый вид, одновременно высматривая по сторонам шанс немедленно улизнуть.
— Добро пожаловать! Какими судьбами на Большой Дюжине?
Ковальский тут же ловко схватил советника за рукав (что вы всё хватаетесь!), настойчиво отводя в сторонку.
— Да вот, подбросили профессора по пути на стапеля Порто-Ново, я заметил, вы с ним только что беседовали.
— Неужто «Эпиметей» снова отправляется к фокусу?
— Отправляется, ещё как отправляется. Но я к вам по другому вопросу.
Вопросу? Е Хуэй тут же инстинктом опытного бюрократа вытянулся во весь свой малый рост и, приосанившись, машинально принял скучающий вид, мол, вы всё ходите, всё просите. Житья от вас нет.
— Я внимательно слушаю, астрогаторы.
— Нас попросили при случае сообщить вам, что ваша просьба рассмотрена, но решение ещё не принято. Сегодня на Янсин прибывает «Принсепс», вам следует немедленно связаться с капитаном Райдо, к сожалению, он никак не успевает на церемонию, так что вот вам его идентификатор.
Е Хуэй буквально на автомате благосклонно кивнул ответ, на самом деле буквально не поспевая за собственными мыслями. Неужели это правда? Если бы «Принсепс» уже прибыл, пожалуй, он бы всё разом здесь бросил и рванул прямо сейчас к ближайшему терминалу заатмосферников, пробиваться с боем на аудиенцию к Магистру. Тяжкое ему предстоит ожидание в ближайшие часы, впрочем, если верить Ковальскому, решение ещё не принято, а потому и его работа ещё не окончена.
Когда мысли советника подуспокоились, а сердце перестало пропускать такты, обоих астрогаторов уже словно ветром сдуло. Да уж. Если бы посланник Чжан знал, чем всё обернётся, он бы, пожалуй, ни за что не стал бы пропускать эту церемонию. Вот и славно, что его здесь нет, Е Хуэй инстинктом профессионального карьериста радовался случайному чужому провалу. Впрочем, Чжан Фэнань наверняка и без всякой фуги окажется в доках ровно вовремя и своего не упустит, тоже своего рода талант.
Ладно, вернёмся теперь к нашим трём часам и сорока тикам.
Там и правда меж двух шпалер раскидистого эпипремнума показалась едва заметная со стороны беседка, вплотную мимо пройдёшь и не заметишь. Е Хуэй быстрым семенящим шагом рванул к цели, но в паре шагов остановился, как вкопанный. Ноги его категорически отказались идти дальше. Вот так незадача.
Натужно сопя и проклиная всё на свете, советник терпеливо пережидал наступление фуги. Отсюда, из этой самой беседки, шёл такой отчётливый сигнал, что его и без того едва сдерживаемый в непривычной толпе аналитический механизм разом буквально сорвался с цепи. Совершенно невозможно работать, пока вселенная вокруг исходит квантовой дрожью, подставляясь разными боками одной и той же беды. Е Хуэй с некоторых пор ненавидел Избранных.
— Что же вы встали, советник, входите.
Знакомый рыжий коротышка сунул свою мордочку в проём, будто принюхиваясь корабельной крысой. Казалось, сама Вселенная ходит ходуном под его цепким взглядом.
Сделав, наконец, неверный шаг внутрь, Е Хуэй поразился, как много здесь набилось народу, ни присесть, ни стоя толком приспособиться. Надо же.