Человечество наивно полагало тогда, что отныне оно в безопасности. Что оно победило.
Куда там.
Думал ли контр-адмирал, наблюдая как блокирующее ЗСМ «Тсурифы-6» Крыло адмирала Таугвальдера раз за разом по кулдауну отправляет за пределы Барьера автоматические зонды, чем закончится эта молчаливая разведка? Вряд ли он вообще задумывался в те дни о подобных вещах. После затяжного барража на границе Плеяд в тылу было оставлено слишком много спасботов, шлюпок и обломков не успевших на прожиг, отставших от арьергарда второстепенных крафтов. В конце концов, где-то там до сих пор томились смертнички майора Томлина, мозголомы доктора Ламарка и быть может, чем черти космачьи не шутят, чудом выжившие экипажи двух потерянных разведсабов коммандера Тайрена. По сути, из числа оставшихся в ловушке неурочно сдетонировавших «глубинников» вернулись только те шестеро, что были счастливо обнаружены на борту астростанции «Эпиметей», остальные сотни вояк и белохалатников так до сих пор и считались пропавшими без вести, так что контр-адмиралу даже не приходило в голову сомневаться по поводу истинной цели тех отправляемых на разведку дронов.
Только во время приснопамятного разговора с главой делегации Порто-Ново гранд-инженером сиром Робом ван Дийком до контр-адмирала дошло, что искать несколько десятков бортов малотоннажного флота при помощи беспилотников было фактически бесполезно, проще было отыскать иголку в стоге сена, слишком велики просторы локального войда, слишком много в Плеядах звёзд, слишком медленно движутся сквозь субсвет нейтринные сигнатуры. Чтобы достоверно покрыть аварийными маяками даже один процент исследуемого объема, понадобится не менее десяти миллионов заброшенных автоматических зондов.
Но куда проще обнаружить там вот это.
Чёрные извивы облака скользящих в субсвете рейдеров. Которые уж точно при своём обнаружении не будут молчать, и не станут прятаться.
При таких немыслимых количествах, достаточно наугад бросать в космическое болото камни и прислушиваться. Если маяк ответит, то всё в порядке. Если же уйдет на прыжок и навеки замолчит, там-то и затаился враг.
По мере того, как всё новые и новые маяки пропадали втуне, стройные колонны беспросветно-чёрных рейдеров на глазах обретали форму, скорость и цель.
И главное делали это, как быстро узнали в Адмиралтействе, отнюдь не обрывая свой строй у Ворот Танно, а уже вовсю тихо проникнув в обжитые глубины Сектора Сайриз.
Никаких тебе прыжков, никаких лишних перестроений. Они отнюдь не планировали выдавать себя раньше времени. И уж времени у них в запасе было с избытком.
Как долго машины подбирались вот так, через тягучую паутину медлительного субсвета? Как минимум — последние три десятка стандартолет, вполне достаточно, чтобы на релятивистских скоростях вплотную подойти к границам ЗВ внешних миров Фронтира.
Контр-адмирал в ярости скрипнул циркониевыми коронками вновь обретённых зубов.
С тех пор, как он против собственной воли сменил упрощённый фенотип флотской «консервы» на привычный внешний вид обычного искусственника, ему часто приходилось себя ловить на подобных излишне человеческих проявлениях эмоций. Будто бы Железной армаде не всё равно на твоё скрежетание.
Они понимали только язык когерентных высокоэнергетических пучков, которыми их сразу после первого контакта и начали поливать заградительные флоты Адмиралтейства.
Где-то там, во внутренних квадрантах Цепи, бились сейчас его прежний флагшип «Тимберли Хаунтед», бились ПЛК «Альвхейм», «Адонай» и «Упанаяна», бились все, кто был способен стоять вахту и фокусировать огонь.
И наверняка не посрамили честь флота, вступая в космическое сражение, которое среди вояк полушутя называли на грубом флотском галаксе Мирофаит, Битва-у-Барьера. Вот только всё это, все жертвы, усилия, подвиги и примеры личного самопожертвования были совершенно напрасными.
Потому что стоило бросить хотя бы мимолётный взгляд в гемисферу, распахнутую на три десятка парсек за пределы Фронтира, как тебе становилось предельно очевидно, что основные силы врага еще даже к нему не приблизились. И как только до рейдеров доходил медлительный сигнал о начале огневого контакта, как враг тут же прыгал вперёд.