Кивнёшь одному, махнёшь рукой другому, ответишь третьему, окружающие словно и не замечают случившуюся в тебе подмену. Да так ли уж велика она на посторонний взгляд? Быть может, это только изнутри ты преобразился до неузнаваемости, а для других ты вовсе прежний?
Не самообман ли это с твоей стороны? А если всё вовсе не так, что если это не внезапная смена фазы, не железная рука загадочного марионеточника потрошит тебя изнутри, подменяя твоё естественное поведение — судорожными подёргиваниями, а реальную биологическую память — её надуманными паллиативами, но напротив, ты всегда, по природе своей, таков был и есть, биологическая симуляция истинного, высшего разума, ходячий самообман безумного обманщика, который по недалёкости своей даже осознать-то этот самообман не способен.
Вдруг голос лишь помогает тебе приоткрыть полог лежащей на поверхности тайны, секрета, который никакой не секрет, что человечество не существует вовсе, что все мы — лишь набор базовых функций и грандиозный инструмент симуляции. Только не той, про которую в старых дорамах поют бородатые скальды, мол, кошки нет, а куда более изощрённой, извращённой, издевательской и самовоспроизводящейся. Симуляции, в которой симулируется сам факт того, что ты мыслишь, чувствуешь, даже попросту существуешь.
Насколько бы тебе стало легче исполнять собственную функцию, если бы это оказалось правдой.
Ведь сколько ни отмахивайся по формальным поводам, сколько не пропускай мимо ушей очевидный вывод ввиду его чрезмерной для тебя теперешнего — холодного и отстранённого — эмоциональной окраски, но так на так безо всяких сомнений и околичностей выходит, что ты выступаешь сейчас не просто агентом врага в самом сердце ключевого форпоста человеческой расы, если бы только это, можно было бы запросто выбросить всё из головы, слишком абстрактны твои автобиографические воспоминания, слишком далёк ты от собственной былой судьбы. Но если — повторимся — если твоё сознание всегда и было таким холодным, пустым и виртуальным, то какая разница, как именно ты думал-что-думал о себе раньше, какими иллюзиями несуществующего сознания сопровождалась твоя ежедневная сознательная деятельность, иллюзия всё равно есть иллюзия, они все равновелики друг другу в пустоте своего несуществования.
Но если ты и правда — вот такой, как есть, со всеми своими неприятными биологическими отправлениями и естественными слабостями живого, страдающего, смертного существа — тогда это всё меняет. Раз и навсегда.
Потому что механический шпион — это звучит глупо. Нельзя эмоционально окрашивать камеру наблюдения, от скуки следящую за транспортной галереей или тамбур-лифтом. Она по сути своей — лишь несложное механическое устройство, приспособленное к захвату, обработке и трансляции видеопотока дальше в высшие когнитивные узлы «Тсурифы-6», никакие эмоционально окрашенные вопросы лояльности, чести и доверия к таковой камере не применимы. Вопрос только лишь в том, кто в данный момент её контролирует и не скомпрометированы ли ходящий и исходящий каналы. Всё.
Самой же камере и вовсе бесполезно задаваться всеми этими философскими дилеммами. Она просто работает. Придет время, и её просто выключат. Или она раньше сама сломается по независящим от неё причинам. Какое ей дело до этих причин?
Тебя пугают эти внезапные метания. Ты начинаешь сомневаться уже и в том, способен ли голос ощутить подобные в тебе сомнения и какова может быть его реакция на новые вводные. Оставить мятущуюся куклу наедине со своими страхами? Или, быть может, одним решительным импульсом выжечь заигравшийся в автономность ганглий вместе с его временным носителем? Или вовсе, принять эту самовольную игру в вольные рассуждения о лояльности и измене на свой счёт и от греха ударить уже по самой станции, чтобы раз и навсегда устранить потенциальную угрозу?
Ты помнишь, как это бывает. Ты уже ощущал на секунду, как в далёком космосе исчезали целые корабли вместе со всем экипажем.
Внезапное откровение на краткий миг выбивает тебя из колеи.
Тебе не страшно, нет, марионетки не умеют бояться, им нечего терять на этом свете. Но ты поневоле начинаешь осуществлять то единственное, что точно умеешь — прокручиваешь в собственной пустой башке симуляцию, прикидывая собственные шансы на успех.
Действительно, представим себе, что всякая мысль из нашей головы и всякая часть нашего полупустого сознания является таковой изначально, представляя собой не сознание с собственной волей, правом принятия решений, реальными, не симулированными воспоминаниями, эмоциями и личными чертами, а только лишь моделью, призраком призрака, детерминированным процессом, по несчастной случайности наивно полагающим, что мыслит и осознаёт при этом сам процесс мышления как такового. Если это так — то правда, какая разница. Уничтожит ли тебя сам голос по собственной воле, или же он сделает это по причине неверной — или же вполне верной — интерпретации твоих мыслей, слов или действий.