— Что такое этот «жёлоб»?
Мужичок-с-ноготок в ответ удивлённо поднял брови.
— О, а вы уже неплохо осведомлены о наших бедах, оператор третьего ранга. Хорошо, в таком случае мне и правда не придётся заходить слишком издалека. Проблема этой реальности не в том, что мы, Хранители, ослепли, а в том, что соскочив в эту ветвь, временная линия с одной стороны оставалась с тех пор крайне нестабильной, но она же, подобно неудержимой весенней лавине, срывающейся с вершины горы, несётся с самого момента наступления точки бифуркации, без разбора снося на своём пути любые преграды, которые все мы пытаемся перед ней выставить.
Кабесинье-третьему не понравилась эта аналогия. От неё веяло какой-то дурной обречённостью.
— Это мы и называем «жёлобом». Неудачный термин, согласен, но какая разница, хоть горшком назови, — развёл руками Хранитель.
— То есть вы, с одной стороны, не понимаете, куда именно эта лавина несётся, а с другой — не рискуете на её пути вставать, потому что соваться туда — себе дороже?
— Ну почему же. Некоторые пробовали. И потерпели при этом страшное фиаско.
— Вы говорите о Симахе Нуари, нашем незадачливом спасителе, — не фыркнуть в ответ стоило определённых усилий, но Кабесинье-третьему всё-таки удалось сдержаться.
— И о нём тоже, — твёрдо, без малейшей шутливости в голове кивнул гость. — И о многих других, большинство из которых мне искренне жаль, тогда как иных — не жаль вовсе. Каждый попавший в жёлоб поступает так, как подсказывает его жизненный опыт, его принципы, в конце концов. И соорн-инфарх — не самый бесполезный игрок на этой доске.
— Вы тоже воспринимаете это как игру.
Бывший оператор произнёс это с утвердительно-повелительной интонацией, скорее настаивая на своих словах, нежели просто констатируя факт.
— Может и так. Но с годами учишься принимать свою выученную беспомощность за банальное правило кем-то навязанной тебе игры. Так, если хотите, проще.
— Ну допустим. А о какой, в таком случае, «стабилизации» идёт речь? То, что творится сейчас за Воротами Танно, ничуть не похоже ни на какую стабилизацию. Человечество на предельном ускорении несётся к самому опасному кризису в своей истории с тех пор, как покинуло Старую Терру.
— В том то и дело, — покачал головой Хранитель. — Человечество обречено было пережить подобный кризис ещё там, до Века Вне, пройти через бутылочное горлышко и выйти по ту сторону обновлённым. Вот только ничего этого не случилось. Симах Нуари перехватил рейдеры Железной армады куда раньше, навеки сделавшись вашим непрошеным спасителем. С тех пор всё так и тянется. Он изо всех сил пытается наставить вас обратно на путь истинный, вы этого по понятным причинам не желаете, в то время как весь этот Сектор Галактики несётся вслепую навстречу новому кризису. Мирофаит, Битва-у-Барьера — так в других реальностях называется та битва, начало которой положила триангуляция фокуса.
— У нас также, и если она в любом случае должна была произойти… — перебил собеседника Кабесинья-третий.
— Не совсем так, — тотчас вскинулся Хранитель. — Точнее, совсем не так. Поймите, в этой реальности любые совпадения случайны, а любые аналогии ложны. Там Симах Нуари спасает вас от гибели, и тут Симах Нуари спасает вас от гибели. Но там человечество никогда бы и не подумало язвить, обзывая летящих «спасителями». Там вы были искренними союзниками от первого контакта до самой Вечности, здесь же вы если не прямые антагонисты, то по крайней мере едва друг друга терпите.
«Вы». Он так говорит, будто искренне предпочитает не считать себя неотъемлемой частью человечества.
— Ну допустим. Но так ли это всё не исправимо?
— А вот на этот вопрос у меня нет пока ответа. Но вскоре ответ будет дан.
Тут Кабесинью-третьего осенило.
— Так вот о какой стабилизации идёт речь! Значит, вскоре трёпаные призраки от меня всё-таки отстанут!
Хранитель в ответ тепло и даже как-то милосердно улыбнулся. Так улыбаются только безнадёжно больным.
— Тот факт, что вы видите этих самых «призраков», — уже само по себе знамение. Стабилизация всё ближе, и кризис, который её вызовет — тоже. Но я бы на вашем месте не особо-то радовался этим знамениям. Самая твёрдая на свете предопределённость знаете где располагается?