Он не удостоил взглядом Фуонг. Просто выкрикнул приказ, протиснулся мимо моего стола и сел где-то сзади, по крайней мере, насколько я поняла, судя по скрипу деревянного стула.
Я посмотрела на Фуонг сочувственно, ведь это все было так хорошо мне знакомо по работе в баре. Она закатила глаза, но затем подмигнула мне и вернулась за стойку.
Вскоре после этого снова послышался дверной колокольчик.
– Здесь свободно? – не дожидаясь ответа, Ной уселся в кресло напротив меня.
– Ты рано, – сказала я, взглянув на часы.
– Да… – протянул Ной, – дома было как-то не по себе. Кроме того, ты тоже. – Он кивнул на маффин, съеденный мною наполовину. – И даже начала день с очень сытного завтрака.
Я попробовала изобразить на лице печаль.
– Я была голодна.
Ной усмехнулся.
– Ну, это нормально. У меня две новости – хорошая и плохая. Или, скажем так, не такая хорошая. С какой начать?
– Эм-м, с не такой хорошей.
– Вчера я написал Марку из клуба, он сказал, что мы можем прийти в любое время.
– И что в этом плохого? – удивилась я.
– В любое время, только не сегодня. Сегодня там какие-то детские соревнования.
– Я полагаю, хорошая новость состоит в том, что у тебя есть отличная альтернатива?
Ной кивнул.
– На самом деле намного более привлекательная. Для тебя это станет своего рода разминкой перед боксом, – он поднял указательный палец, желая подчеркнуть следующие слова, – и у тебя будет экскурсия, которую не про водят в рамках обычной туристической программы.
Я не успела ничего сказать – Ной отломил кусок от моего маффина и сунул его себе в рот.
– О, боже, он прекрасен.
– Ты всегда такой… – я искала подходящее слово.
– Очаровательный? Обворожительный?
Я фыркнула.
– Такой наглый, я хотела сказать.
– Есть старая мудрость. Веди себя везде непринужденно, не важно, хочешь ты этого или нет.
– Никогда такого не слышала.
– У тебя когда-нибудь вызывали подозрение люди в синих рабочих комбинезонах в университете или еще где-то, которые выносили проекторы или другую электронику из здания?
Вряд ли Ной в самом деле ждал от меня ответа. Тем не менее он смотрел выжидательно. Я покачала головой.
– Потому что они выглядят официально. Однако они запросто могут оказаться ворами.
– Ты тоже себя так ведешь? – Я взяла оставшийся кусок маффина.
Он кивнул.
– Играй, пока не добьешься своего.
– Большое спасибо за то, что поделились со мной житейской мудростью, герр… – я запнулась, потому что не знала фамилии Ноя.
– Зегер. И не стоит благодарностей. Можно еще долго рассказывать, откуда это пошло.
Я покачала головой и еле заметно улыбнулась.
– Расскажешь мне как-нибудь. Но ты так и не сказал, в чем заключается твой потрясающий альтернативный план.
– Но это же испортит сюрприз!
– Я не фанат сюрпризов.
– Все любят сюрпризы.
– Ну, вообще-то, нет, – пожала я плечами, и Ной на мгновение задумался.
– Могу дать тебе три подсказки?
– Я слушаю.
– Первое. Хорошо, если на тебе сейчас удобная обувь на плоской подошве. Второе. Я специально приехал сюда на машине, надеясь, что ты скажешь «да». И третье. Сейчас нам нужно плотно позавтракать, потому что тебе понадобится много энергии, – сказал Ной. – О, и приготовь фотоаппарат заранее, – добавил он.
Я почувствовала, как от его слов мое сердце забилось сильнее. Такое чувство, будто на грудь упал огромный камень. Это были угрызения совести. Я ни разу не достала фотоаппарат с тех пор, как приехала в Берлин. Я попыталась сделать вид, что его слова не задели меня, но и не стала никак комментировать их.
– Ты сказал, у тебя четыре подсказки.
– Да, четвертое. У меня сегодня отличный день, – улыбнулся Ной. – Так что скажешь?
Я сделала глоток кофе, чтобы не отвечать сразу. Да, что я на это скажу? С одной стороны, мне хотелось отказаться. Но даже несмотря на то, что я планировала провести весь день в одиночестве, внезапно это приглашение показалось мне заманчивым. Но другая часть меня, та, что надежно пряталась под грудой сомнений, тут же закричала «да». Разве я приехала сюда не затем, чтобы вытащить эту свою черту наружу? Никто здесь не знал меня, и я не знала этого человека. В любой нормальной ситуации это стало бы поводом для отказа. В моей ситуации все было с точностью до наоборот. Потому что те люди, которых я знала, меня уже разочаровали.
Я поставила чашку на середину стола.
– Хорошо, – согласилась я и снова почувствовала, как мое сердце беспокойно забилось. Но в этот раз предчувствие было хорошим.