Мой внутренний голос подсказал, что охотничий сезон в июле не открывают, помнится, мои друзья-охотники уезжали пить водку в лес обычно в августе. Поэтому я не побоялся догнать браконьеров, надеясь на свою возросшую силу, обычные охотоведы в одиночку задерживать браконьеров даже не пытались. Такие шустрые егеря исчезали без вести и в «благословенные» советские времена. Я решил рискнуть, ружьё в хозяйстве всегда пригодится, особенно зимой. Поскольку всё внимание браконьеров было направлено вперёд, моё приближение сзади они проворонили и вздрогнули от моего приветствия, раздавшегося в паре шагов позади.
— Привет, браконьеры, на кого идёте?
Оба мужика замерли и развернулись в мою сторону, машинально здороваясь со мной. Тот, что пошустрее, начал медленно снимать двустволку с плеча, надеясь напугать меня оружием, а то и успокоить сразу. Как там говорил кто-то из гангстеров? «Хорошим словом и револьвером можно добиться большего, чем одним хорошим словом». Вот для этого я и собирался изъять ружьишко себе, поэтому не стал представляться, а просто легонько пнул сообразительного браконьера в пах. Тот скорчился, выронив ружьё на землю. Я этим воспользовался и моментально поднял его, чтобы направить на второго мужика, более тугодумного.
— Ты тоже снимай ружьё, и оба предъявляйте охотбилеты вместе с путёвками. Да аккуратно снимай, если не хочешь получить заряд дроби в живот. Тогда мне придётся вас обоих валить, чтобы свидетелей не осталось, понятно? — Дождавшись выполнения моего приказа, я поднял второе ружьё и отошёл шагов на пять.
После чего проверил заряжены ли ружья. Как и ожидалось, и двустволка и одностволка оказались заряжены. К этому времени оба браконьера неподвижно стояли на дороге, глядя на меня, молчали. Ну что они могли сказать? По всем законам и нормам человек с ружьём в лесу, когда охотничий сезон не открыт, считается браконьером. Тем более здесь, в провинции, где нет московских адвокатов и высоких связей у браконьеров.
— Чего ждёте, снимайте патронташи и доставайте свои документы, начиная с охотбилетов, — решительно подтолкнул к телодвижениям мужиков. Те растерянно стали снимать патронташи, повязанные поверх фуфаек, не глядя друг на друга. Понятно, что обоим стыдно, были уверены, что никого из егерей в лесу не встретят, и заранее линию поведения явно не обговорили. Теперь мучительно продумывали, чем всё закончится.
— Патронташи бросайте мою сторону и скидывайте фуфайки. Чего замерли, думаете в деревне услышат выстрелы и прибегут вам на помощь? Совсем дураки? Вас же половина деревни видела, на выстрелы никто не придёт, все поняли, что вы браконьерить идёте. Так что быстрее выполняйте мои просьбы, да расстанемся по-хорошему. Мне убивать вас интереса нет, но себя защитить смогу. Быстрее!
Мои слова подтолкнули браконьеров, они сняли фуфайки, бросили их в мою сторону, к одежде добавили охотничьи ножи. Один кинул к моим ногам свой охотничий билет. Я уложил одностволку на землю и велел обоим мужикам встать на колени. Затем положил на дорогу и двустволку, быстро обыскал мужиков. Дело привычное, кроме пары кошельков с мелкими купюрами, ничего не нашёл. Карманы обеих фуфаек тоже оказались пустыми. Вернувшись к оружию, прочитал охотничий билет, выданный обществом охотников и рыболовов города Большая Соснова. Этот документ как раз оказался у владельца двустволки. Пришлось выбирать, чьё ружьё конфисковать, оба мне не были нужны. Выбор пал на двустволку, её владелец выглядел гораздо зажиточнее приятеля, не только по одежде, но и по облику и поведению. Да и охотничий билет у меня будет, где лицо немного походит на моё, а если я обрасту бородой и шевелюрой, то вовсе не отличишь.
Я разрядил одностволку, довольно побитую временем, и бросил на землю. Остальные припасы взял, закинув двустволку за плечо, патронташи повесил за другое плечо. Ножи сунул в карман фуфайки, вместе с охотбилетом. Кошельки не трогал, оставил браконьерам, как им домой без денег добираться?
— Значит так, я вас обоих отпускаю, думаю, ума хватит обо мне не рассказывать. Сошлётесь, что охотбилет и двустволку утопили. Ты возместишь приятелю половину стоимости ружья. — Я пальцем указал на безымянного владельца одностволки. — Хотя, можете всё рассказать, как было. Тогда ещё штраф получите за браконьерство. Я принесу двустволку в ваше охотобщество, если меня вызовут в ваш городок. Да протокол составлю, понятно?