Да, наступало время знаменитых ларьков, осторожно входивших в нашу жизнь. Потому в нашем районе группы независимых гопников практически исчезли. Но я пришёл в сквер на встречу совсем с другими людьми, которых уже вторую неделю подкармливал пирожками и газировкой. А именно малолетними беспризорниками, о которых не знает подавляющее большинство наших граждан. Кроме милиционеров, наверно. В своё время с беспризорными воришками я столкнулся ещё в середине восьмидесятых годов. Тогда пацаны из малообеспеченных семей, с пьющими родителями, стали собираться в стайки, чтобы вместе играть, а то и воровать.
Они не ставили целью совершить преступления, а просто хотели поесть досыта, благо большинству из них было по десять-двенадцать лет. К деньгам они относились безразлично. Помню один случай, когда малолетний воришка, вытащивший у раззявы полтысячи рублей, раздал всю добычу в четвертных купюрах своим приятелям. Просто так, бескорыстно, чтобы порадовать таких же голодных приятелей. Большинство из этих бродяжек были олигофренами, некоторые даже в школу не ходили, а обучались на дому. Жалостное государство находило возможности отправлять к дебилам учителей на дом, чтобы к четырнадцати годам посадить почти всех в колонию. Где, кстати, малолетние заключённые тоже учились в школах. Только зачем?
Особенно, учитывая, что большинство из них были умственно отсталые и умели писать и считать на тройку. Зато деньги считали на пятёрку, а работать никто даже не собирался. Хотя, я лично встречал случаи, когда из этих беспризорников вырастали нормальные люди, но крайне редко. Так вот, пару недель назад я встретил подобных беспризорников и постепенно приручил их к себе. Начал подкармливать пирожками, заставляя съесть всё при мне. Деньги им давать бесполезно, либо купят вина, как взрослые, либо их отберут пацаны постарше. Прекрасно зная, что при бесплатной помощи все наглеют, за кормёжку я потребовал следить за городским рынком. Не за ворами, конечно, а за новыми ментами. Кто им деньги носит, кому они свою долю отдают? И всё такое прочее. Под тем предлогом, что собираюсь устроиться в милицию на работу, на рынок, и хочу заранее узнать все расклады. Сколько там заработок, с кем надо делиться и всё подробно. Потому как если заработок у рыночного мента маленький, не пойду туда работать. Вот теперь каждый вечер мальчишки, поедая пирожки, мне рассказывали — кто, когда и куда. Ради этого я им часы дешёвенькие купил, чтобы они запоминали время. Нынче вечером я впервые услышал имя нового смотрящего — Гиви Саратовского, который лично приехал на рынок.
— У него целая Волга, чёрная такая, прикинь, Седой? — азартно рассказывали беспризорники, размахивая руками. Почему я им представился Седым, не знаю, но они быстро привыкли к такой кличке. Теперь подробно рассказали, что водитель у Гиви тоже черно…й, но очень здоровенный и везде за смотрящим ходит.
— А куда они ходят? Небось, виноград приезжали покупать? — как можно равнодушнее спросил я.
— Не-е-ет, он зашёл сзаду, в маленькую дверку. Которые покупают спереди заходят, через большой вход. Не знаем, чёго он там делал, но часа два он был внутри. Если получится, посмотрим, когда в другой раз приедет. — Мальчишки доели пирожки и без прощанья разбежались по кустам.
Понимаю, что источник информации ненадёжный, и мои шпионы легко расскажут, что следили за рынком по просьбе Седого, но именно «за рынком», а не за Гиви. Привлекать их к слежке я, надеюсь, буду недолго, не дольше месяца. Да и ликвидировать уголовника нужно как можно скорее, пока он не оброс связями. Так, день за днём, я понемногу обрастал информацией от беспризорников, дополняемой словоохотливыми жёнами начальников разного уровня. Будущую тёщу с тестем я посетил ещё пару раз, привёл опорно-двигательный аппарат Валентины Петровны в полный порядок. Зайдя к ним через неделю повидаться с Аней, оказался не единственным гостем, к хозяйке «совершенно случайно» зашла повидаться подруга, ровесница Валентины Петровны.
После совместного чаепития Эмма (редкое имя, ничего не скажешь), без капли смущения попросила меня, как врача, посмотреть её ноги. Я совершенно спокойно осмотрел Эмму со всех сторон, не вставая из-за стола. Потом озвучил свой вывод.
— Так себе ноги, видал я и получше. Видно, что спортом не занимаетесь и хорошие колготки не носите. — После чего продолжил чаепитие.
Потом Эмма собиралась с духом и, взволнованно дыша, попыталась сделать мне выговор.