Какое-то мгновение он раздумывает, затем сжимает мою руку, смотрит на меня и начинает улыбаться.
— Черт возьми... это может получиться.
Только я собралась его обнять и поведать ему, что Квинн уже в пути и нам просто нужно подождать, как вдруг я слышу до боли знакомый звук, от которого волосы на затылке встали дыбом.
Весь вокзал содрогается от сильного грохота в небе, как при ужасной грозе.
— Ты вызвал Цып, — я отпускаю его руку и отстраняюсь назад.
Оскар как сумасшедший качает головой.
— Это не я. Честное слово!
В один момент он становится чрезмерно напряженным.
— Снимай одежду, — указываю я ему. Он быстро соображает, потому что, не успела я раздеться, как он тут же, следом за мной снял одежду. Я расшнуровываю сапоги.
— Мы должны быть холодными, чтобы термодатчики нас не обнаружили.
—Да, да, только не порежь себе ноги, — предупреждает он меня. Я развязываю шнурки и стаскиваю штаны через сапоги. Он уже видел меня в нижнем белье, но чувство стыда все-таки остается. Я подавляю в себе смущение и концентрируюсь на выживании.
Снаружи, на балконе, я натираю себя грязью, все еще примерзшей к углам. Оскар следует моему примеру.
Нельзя не заметить, какое мускулистое у него тело. А какое загорелое! Рядом с ним моя кожа кажется бледной и сухой. Дрожа, он натирается снегом.
Цып уже приближается, лавируя при подлете между зданиями. Он намного меньше того, который мы видели с Алиной и Мод, и летит низко.
— Он прилетел с запада, — кричит Оскар сквозь шум моторов. — Купол расположен на востоке. Это значит, он двигается из неправильного направления.
— Тогда кто это? — кричу я. Могут ли это быть Квинн и Алина? В конце концов, она уже крала танк, почему бы ей не украсть и Цып? Но как она может на нем летать?
Мы торопимся внутрь, и я как дура прикрываю голову руками. Гул лопастей винта то стихает, то нарастает вновь, в то время как они кружат над нами.
— Они знают, что мы внутри, — ору я.
— Сюда! — У нас нет времени одеваться, поэтому мы все заталкиваем в рюкзак Оскара и спешим вниз по ступеням. Стоит оглушительный шум.
Цып приземляется на улице. Вращающийся пропеллер разносит мусор во все стороны.
— Быстрее, — торопит меня Оскар. Я следую за ним по вокзалу на улицу, перепрыгивая через человеческие кости.
Оскар направляется к башне с часами, лишившимися стрелок.
Он бежит впереди, расстояние между нами все больше увеличивается. Когда шум наконец стихает, я останавливаюсь.
Оскар делает мне знак следовать за ним, но мое сердце так бешено стучит, что я не могу говорить. Спотыкаясь, я иду к нему и позволяю ему тащить меня за руку дальше.
— Что случилось? — шепчет он.
— Я не относилась к Премиум классу.
В замешательстве он касается мочки уха. Не отпуская мою руку, он тащит меня вниз по переулку.
— Дыши, только медленно, — говорит он. Я останавливаюсь и несколько раз глубоко вдыхаю, пока он надевает брюки, рубашку и пальто.
— Здесь! — кричит чей-то голос совсем неподалеку от нас. Оскар снова берет меня за руку, и мы прячемся за старым, вонючим мусорным контейнером.
Он распахивает пальто и притягивает меня к себе. Спиной я чувствую его грудь и еще глубже погружаюсь в его тепло. Он кладет свою руку вместе с пистолетом мне на живот.
— Все в порядке?— шепчет он. От холода мои зубы стучат. Мне так холодно, что я даже не могу кивнуть.
Услышав, что кто-то бродит по переулку, Оскар еще крепче прижимает меня к себе. Скрипящие подошвы раздавливают мусор. Появляется дуло пистолета. И лицо!
Квинн.
— Беа? — я сижу, вплотную прижавшись к Оскару. Квинн удивленно смотрит на нас.
Мы снова слышим шаги и чей-то голос в переулке.
— Ты что-нибудь видишь?
Квинн отводит взгляд.
— Ничего. Я еще посмотрю там внизу. Они не могли уйти далеко. Шаги удаляются.
Я высвобождаюсь из тисков Оскара и бросаюсь на Квинна. Он стоит так, как будто аршин проглотил.
— Квинн, — шепчу я. Я наклоняюсь, натягиваю свитер Оскара через голову. Мои ноги остаются голыми.
Квинн не смотрит на меня, также как и Оскар. Я чувствую слезы в уголках глаз и тут же быстро вытираю их ладонью.
—Оскар Кнавери?— говорит Квинн. — А где Джаз?