— Мы должны рассказать им о планах Вани,— говорит он.
Я киваю. Он скрывал это несколько дней, но сейчас, когда город уже близко, волнение за Беа возрастает. И если Кьярис права, то мы все должны волноваться: Купол скоро превратится в братскую могилу.
— Если мы хоть кого-то хотим спасти, нам нужно разделиться. С детьми мы движемся слишком медленно. — Это не бессердечие с его стороны, без детей он бы мог уже 3 раза исчезнуть так, что поминай, как звали. И он прав, у Вани есть Цып, она могла бы уже давно быть в Куполе. К чему был бы тогда весь этот бунт?
Я с трудом поднимаюсь.
— Надо спросить группу, — говорю я.
— Я собираюсь завтра в Купол, Алина. Надеюсь в компании, но, в крайнем случае, пойду один.
— Ты не пойдешь один, — заверяю я его. — Слушайте все, — громко говорю я и быстро рассказываю всем о надвигающейся на Купол опасности и посвящаю всех в сумасшедший план Вани полностью прекратить обеспечение кислородом.
— И ты скрыла это от нас? — возмущено кричит Сайлас. Но, по крайней мере, он знал половину правды. Зонг, Дориан, Мод и Брюс до сих пор абсолютно ничего не знали. Я просто подумала, что у них и так достаточно проблем. К тому же ярость Сайласа сейчас уже также ничего не даст.
— Ты можешь как-нибудь в другой раз на нее наброситься. Сегодня мы говорим о том, что нужно предпринять, — говорит Квинн. Говоря это, он нисколько не похож на того парня, с которым я познакомилась две недели назад. У него появились стержень и цель в жизни.
Дориан язвительно ухмыляется.
— О да, давайте подумаем... как нам сначала спасти собственные жизни и жизни целого выводка детей, потом присоединиться к восстанию мятежников, ну и наконец, помешать Ваниной вооруженной милиции с помпой отправить Купол в преисподнюю, вместе со всеми жителями.
Я поднимаю булыжник и бросаю его в сторону Дориана. Его сарказм нужен сейчас в последнюю очередь. Речь идет о человеческих жизнях.
— Кто его кинул? — спрашивает он, потирая лоб.
— Жалко, что не я. Лучше заткнись, заспанный болтун, — ворчит Мод. — Я и Брюс знаем, как нам вытащить детей, у нас есть карта, чтобы найти воздух. Идите, спасайте мир, спасайте Беа, — говорит она.
Зонг поднимает руку.
— У нас нечего есть, почти нет кислорода и только одно оружие на всех. Я не представляю, как мы кого-то можем спасти.
— Мы должны, прежде всего, их предупредить. Давайте, пожалуйста, не будем забывать, что речь идет о тысячах человеческих жизнях, — говорю я.
— Большинство из этих людей второсортные. Это ваши люди, — добавляет Квинн.
— Как мы можем предупредить министерство, так, чтобы они нас не прикончили? — тихо спрашивает Абель, все еще делая вид, что впервые слышит о плане Вани. Если бы у меня было достаточно энергии, я бы поставила его на место. Если знала Джо, значит, знал и он тоже. Но сейчас тратить на это силы пока ни к чему.
— Я поговорю с отцом, — говорит Квинн. — Он на нашей стороне.
— А что, если это не так? Ты же видел, что он натворил в Роще. Что, если Беа ошибается относительно него и Оскара Кнавери?
— Тогда меня ,может быть, арестуют. Но, тем не менее, мой отец будет в курсе, он будет, по крайней мере, предупрежден, ничего не теряя.
— Я иду с Квинном, — говорю я. Ребенок на руках у Мод хныкает. Она пихает ему мизинец в рот, что, видимо, успокаивает младенца.
— Я тоже пойду с вами, — говорит Сайлас. — А вы, остальные, помогите Мод и Брюсу найти дыхательные приборы и сохранить жизни других. Вам придется каждому тащить по два ребенка.
— Без проблем, — говорит Зонг.
— Тогда все ясно, — говорит Сайлас. — А сейчас давайте немного поспим. С рассветом мы отправимся в путь.
Я иду к группе учредителей в поисках Лили, когда меня останавливает Абель.
— Министерство вряд ли примет тебя с распростертыми объятиями. Что, если Макс поймает тебя перед границей? — Я внимательно смотрю в глаза Абелю и спрашиваю себя, что я когда-то в нем нашла. Его поведение граничит с трусостью.
— Макс отомстит тебе, — говорит Джо. Во время всего путешествия она почти не проронила ни слова, но если ей по какой-то теме есть, что сказать, то это тема мстительности Макса.
— Нет, если я первая ему отомщу, — говорю я. На самом деле это чистое хвастовство, я готова в штаны наложить от страха. Рисковать — это конечно хорошо, но не с такими шансами на успех. Если так и дальше пойдет, как сейчас, то через несколько недель мы все останемся в прошлом.