Юрген колебался.
- Ну, что ж, - сказал он, - если у вас действительно есть столько бабок, то почему бы вам просто не одолжить мне немного. Под проценты, естественно.
Эшбрук усмехнулся. Он встал и подошел к окну. На улице резко затормозила какая-то машина.
- Я могу попытаться остановить вас, хотя давно уже не тренировался и вы вполне можете со мной справиться. Но вам никак не справиться с моим продажным приятелем-легавым. Подойдите сюда и посмотрите.
Штауденмайер медленно подошел к окну.
- О, мать твою...
- Не трогайте мою мать. Если мы выйдем отсюда вместе до того, как истекут полтора часа, он и пальцем не пошевелит. Но если вы попытаетесь уйти раньше меня, то у вас будут неприятности. Если после меня - тоже. Он об этом позаботился. Это было для меня не очень лестно, но он предположил, что вы можете нейтрализовать меня, воспользоваться моей одеждой и выдать себя за меня. Была такая мысль?
Эшбрук взглянул в глаза контрабандиста. Тот смотрел мрачно.
- Что вы хотите знать, Томас? Предупреждаю, мне нужно много денег.
Эшбрук вернулся к столику и снова сел. Этот твердый стул ему даже нравился после самолетных кресел и сидушек такси. Штауденмайер поднял свой стул и опустился на него.
- Выпьете? - спросил он, беря бутылку виски.
- Нет, спасибо. Я не знаю, что мне предстоит делать после того, как вы поделитесь со мной информацией. Предпочитаю остаться трезвым.
- Вы прилетели из Швейцарии?
- Из Америки.
- Как ваша дочь? Она ведь живет в Штатах?
Эшбрук почувствовал острую боль в груди и на миг прикрыл глаза. Да, ведь Юрген не знал...
- Ее убили не так давно, Юрген. И моих внуков тоже.
- Mein Gott!* Бедная Дайана!
______________
* Mein Gott! (нем.) - Боже мой!
- Да. Мы оба тяжело это пережили. Но тяжелее всех пережил мой зять. Вот почему я сейчас здесь.
- Значит, вы хотите отомстить убийцам?
Штауденмайер прикурил сигарету.
- Об этом я не думаю - по крайней мере не чаще, чем десять раз в день. Ведь Дайана... Она не переживет, если после всего этого что-то случится еще и со мной. Может, я не прав, но у меня небольшой выбор. Вряд ли мне удастся достать конкретных исполнителей, возможно, они уже на том свете. Но я хочу отомстить тем, кто несет за это ответственность, и то, что я делаю сейчас, может помочь мне выследить их. Поэтому мне нужно ваше содействие. Мою дочь и внуков убили боевики "Фронта Освобождения Северной Америки", и я хочу, чтобы вы мне кое-что рассказали, приятель.
Штауденмайер облизал губы и глотнул виски.
- Вы уверены, что не хотите выпить?
- Я уверен во всем, что я говорю. Только не уверяйте, что вы не знаете.
- Ну... в общем...
Штауденмайер запнулся.
- Я расскажу вам, что произошло, Юрген. Мой зять - один из лидеров "Патриотов", организации, которая борется с ФОСА. Наверняка вы о них слышали.
Штауденмайер кивнул.
- Так вот, он вошел в конфликт с одним типом, который пользуется псевдонимом мистер Джонсон. На самом деле его зовут Дмитрий Борзой. Он...
Прежде чем он успел закончить, челюсть Юргена отвисла, а в глазах появился страх.
- Что вы о нем знаете? - быстро спросил Эшбрук.
- Только то, что с ним лучше не связываться. Вы хотели заплатить мне за совет? Что ж, этот совет я даю бесплатно, потому что мы друзья. Борзой может убить вас, не моргнув глазом. Он был одним из лучших...
- КГБ? - тихо спросил Эшбрук.
Штауденмайер налил себе еще виски. Его рука слегка дрожала.
- Да, он работал с ними. Но потом его выгнали. Они пытались убить его.
- Его выгнали из КГБ? За что? Это ведь не очень приличное общество.
Штауденмайер вымучено улыбнулся.
- О, Борзого весьма ценили. Очень ценили. Он возглавлял их террористическую сеть. Он был в этом деле лучшим.
- Ну и?..
- Вы хотите знать, почему его убрали и почему хотели его убить?
Юрген залпом выпил виски.
- Я скажу, Том. Его изгнали из организации, когда он был на задании за океаном. Затем они пытались убить его. Потому что боялись его. Они боялись, что он вернется и начнет мстить. Или использует свои возможности для борьбы с Советами. Ведь американцы и русские теперь стали такими друзьями, правда? А Борзому это не нравилось.
Юрген ударил кулаком по столу.
- Значит, - продолжил Эшбрук, - КГБ хотел устранить его как потенциальное препятствие нормализации отношений?
- Более того, русские всегда опасались ситуации, при которой мусульманские меньшинства в их скроенной, словно лоскутное одеяло, стране могли бы объединиться и восстать. Борзой это как раз тот человек, который мог бы поднять подобное восстание.
И все еще может это сделать. А в СССР есть некоторые элементы в руководстве, которые хотят свалить собственное правительство. Не потому, что желают ядерной войны. И не потому, что их волнует мусульманский вопрос.
Нет, они просто похожи на нас с вами, Томас. Они любят деньги. А разрядка международной напряженности, даже небольшое сближение между СССР и США перекрыло бы им источники доходов.
Эшбрук молча смотрел на собеседника.
- Что-то я не в форме сегодня, - сказал он после паузы. - Все мне надо разжевывать. О чем вы говорите?
- Оружие, наркотики, золото, все, что имеет хорошую цену, - эти люди контролировали рынок. А улучшение отношений между противоборствующими странами поставило бы крест на их бизнесе. Они лишились бы влияния и денег, возможно, даже попали бы под суд.
Борзой работал не только на КГБ, но и на эту группировку, и вот, используя его и ему подобных, эти люди решили не допустить разрядки в мире, чтобы не опустели их карманы.
Эшбрук немного помолчал, а потом произнес:
- Насколько я понимаю, Борзой в значительной степени финансирует ФОСА на деньги, вырученные от продажи наркотиков. Или это делают его хозяева, тут нет разницы. Но вот вопрос: вы уверены, что Борзой - это лидер "Фронта"?
- Вовсе не уверен. По своему классу Борзой - это убийца, террорист, а не теоретик и организатор. Видимо, пока он не на первом месте, но зато в любой момент может убить лидера и заменить его. Когда сочтет это нужным. Это страшный человек. Однажды я встретился с ним. Тогда КГБ осуществлял операцию по обмену партии опиума из Золотого треугольника на новые технологии западных вооружений, в которых нуждался СССР. Вы, Томас, никогда не занимались наркотиками?