— Я… я не думала так — только…
— Ты бы хотела воспитывать его как виллана?
— Я не виллан! — огрызнулась она. — У меня есть собственные владения.
— У тебя нет сейчас никаких прав, кроме тех, что я тебе даю, — прорычал он.
— Что вы будете делать с ребенком? — спросила она. — Кто будет смотреть за ним, когда вы уйдете сражаться на свою проклятую войну? Кто-то из вилланов? Ваша жена?
Он не обратил внимания на ее тон.
— Если будет сын, я сам буду смотреть за ним. Я хочу сына. Дочь? — Он пожал плечами. — Незаконные дочери иногда оказываются полезны, как я недавно убедился.
Она была так рассержена этим ответом, что чуть не закричала. Но срываться, как она сделала только что, не имеет смысла, те более с ним.
Она постаралась умерить свое негодование и уже более мирным тоном спросила:
— А как с лаской, любовью и правильным воспитанием?
Он приподнял бровь.
— Ты думаешь, я неспособен к таким вещам?
— Да. И Беатрис тому прекрасный пример.
Это был удар ниже пояса, и притом верный. Выражение его лица изменилось, и она увидела человека, глубоко раненного горем. Невероятно, но Ровена, почувствовав это, ощутила, что у нее сжалось сердце, и она вскочила со стула и бросилась к нему.
— Прости меня! — воскликнула она, обняв его за шею руками. — Я не хотела, честное слово, не хотела! Это не ваша вина, что в стране творится такое беззаконие, что вам приходится без конца воевать, а не быть дома с семьей. Этот проклятый Стефан виноват во всем. Это из-за него мой отец был вынужден все время сражаться, и вы видите, до чего в итоге я дошла, и это несмотря на то, что со мной была мать. Вы можете быть только виноваты в том, что больше меня не запугиваете, и я распустила свой язык…
— У-успокойся.
Он затрясся и сжал ее руки в своих. Она пыталась отклониться и заглянуть ему в лицо, но он слишком крепко прижал ее к себе и подозрительно шумно засопел.
— Уоррик? — спросила она испуганно. — Вы… вы ведь не плачете?
Он затрясся еще сильнее. Ровена нахмурилась. Он наконец отпустил ее, но только взглянул на ее лицо — и его сдерживаемый до сих пор смех перешел в громкий хохот. Ровена вскрикнула от раздражения и ткнула его в грудь. Он обхватил ее лицо обеими ладонями и начал целовать ее, но оттого, что он еще смеялся, то были прерывистые поцелуи, по крайней мере вначале. Но она оказалась еще достаточно рассержена и вцепилась ему в волосы обеими руками, притянув его к груди. И это положило конец его развлечению и через некоторое время — ее раздражению.
Они оба были почти без сознания, когда наконец оторвались друг от друга. Она забралась к нему на колени, а он, прижав ее щеку к своей груди, поглаживал ее по бедру.
— Ты глупышка. Ты даже не можешь спорить, потому что слишком беспокоишься о том, чтобы не задеть чужие чувства.
Они были в зале не одни, но в основном никто не обращал на них внимания. Ровену это не беспокоило. Удивительно, еще несколько дней назад она бы умирала от стыда, если бы он ее так держал на глазах у всех. И несколько дней назад Уоррик не сказал бы ей ничего подобного.
Она усмехнулась.
— Большинство женщин страдают от своего сочувствия. Вы недовольны тем, что я женственна, Уоррик?
Он хмыкнул.
— Я просто хотел сказать, что есть время быть безжалостной, и есть время — быть женственной. Сейчас, однако, мне нравится твоя женственность.
Она выпрямилась и прижалась своим телом еще плотнее к нему.
— Такая женственность для вас достаточна?— сказала она с соблазнительным мурлыканьем.
— Это скорее безжалостность — или ты хочешь, чтобы я понес тебя в кровать прямо сейчас?
Действительно, она бы вовсе не возражала, но сказала вместо этого:
— Вы не забыли, что приказали приготовить ванну?
— Если ты говоришь это для того, чтобы охладить мой пыл, то ты забыла, что эту ванну я заказал — с тобой в ней.
— Нет, я не забыла, но похоже, она будет опять холодная, — предупредила она.
— Ты возражаешь?
— Разве я тогда возражала?
Он снял ее с колен.
— Иди тогда и принеси вина. Я думаю, теперь ты от него не откажешься?
— Нет, я думаю, что не откажусь.
Ровена еще не привыкла к такой словесной игре. Щеки ее пылали, сердце стучало. Да, после всего, что было, она, похоже, все еще пленница — своих собственных желаний. Однако, возможно, что и Уоррик тоже.
40
— Я послал человека на Джильдское Поле разведать обстановку. К тому времени, когда он вернулся и сказал, что там ничего нет, я получил уже сообщение об армии, которая движется на север в сторону Фулкхеста.
— Так вы знали про армию, которая прячется в ваших лесах? — воскликнула Ровена. — Вы позволите мне пытаться убедить вас так и эдак, предупреждая об опасности, в то время как вы…