— Мой бывший одноклассник. После школы поступил в военное училище, а сейчас уже старший лейтенант. Он учился на отлично, и его оставили при училище.
— Это хорошо, — сказала Галя, — что он общается со своими одноклассниками.
— Вот это-то меня и удивляет. Мы с ним особенно никогда не дружили, а тут… Недавно приезжал ко мне в автомастерскую…
— Я думала, ты где-то на заводе работаешь.
— Вообще-то наша мастерская называется громко: станция техобслуживания, — пояснил он, — а на самом деле — так, бывший гараж с двумя смотровыми ямами. Но меня эта работа вполне устраивает. На заводе даже и сейчас не всегда зарплату вовремя получают. Вон у меня товарищ на станках с ЧПУ[2] работает — ему уже третий месяц ни копейки не платят… А мне нельзя от администрации зависеть, из института за неуплату погонят, да и квартира опять-таки… Ты думаешь, мне надо стесняться работы автомеханика?
— Нет, что ты, я вовсе не это имела в виду. Просто у меня не было знакомого автомеханика, а по фильмам я их совсем другими представляла. Как-то разболтаннее, что ли. Они в кино часто разговаривают как новые русские… Небрежно цедят слова. А еще всегда то ли в мазуте, то ли в масле каком-то… А ты — другой, аккуратный, собранный… Но чтобы стесняться… Ты же не стесняешься того, что я торты делаю, кремом украшаю, надписи шприцем вывожу: «С днем рождения!» или там «Поздравляем новобрачных…»
— Шприцем? — улыбнулся он.
— Кондитерским, — кивнула Галя. — А на свадьбу давай сходим. В крайнем случае, если нам не понравится, мы же всегда сможем уйти, правда?
Сергей тут же поцеловал ей руку, будто своим согласием Галя его облагодетельствовала. Он вообще выглядел каким-то нетипичным. Словно был не современным молодым человеком двадцати трех лет, с речью, полной всяких там приколов и прибамбасов, а человеком из прошлого века. Или даже из девятнадцатого. Она бы, наверное, не удивилась, если бы он сказал что-нибудь вроде «примите мои уверения в совершеннейшем к вам почтении».
Сергей проводил ее до дома, но не стал намекать, чтобы она его пригласила на кофе, а спокойно ждал, пока Галя с ним простится и решит, когда им в следующий раз встречаться.
Гале почему-то стало обидно за него. Оттого, что он порядочный человек, ничего для себя не требует, а Игорь на его месте с Галей бы церемониться не стал, хотя по-хорошему именно такому, как он, женщины не должны были бы ничего позволять…
— Если хочешь, зайди ко мне, — предложила она Сергею сама. — У меня есть зеленый чай с жасмином.
— Ты меня приглашаешь? — обрадовался он.
Вот глупый!
— А заодно и моего торта попробуешь. А то я все время тебе рассказываю, какой я искусный кондитер. Хвалюсь! А как говорят на Востоке? Семь раз скажи «халва», во рту сладко не станет!
Она поставила чайник на газовую плиту и стала показывать ему свой дом. Хотя что там было показывать! Два шага вперед, два шага в сторону.
— Женя Рагозин, муж моей сестры, называет его кукольный домик.
— А в кукольном домике живет куколка по имени Галочка, — ласково сказал Сергей и посмотрел ей в глаза.
Как-то само получилось, что они поцеловались.
— Посади свинью за стол, она и ноги на стол, — сказал он, смутившись, с явной неохотой отрываясь от нее.
— Но тогда и обо мне это же можно сказать, — улыбнулась Галя. — Если представить себе, что между нами была граница, то мы сделали к ней одинаковое количество шагов.
— Правда?
— Конечно, правда, — ответила она с затаенной грустью; все-таки ее отношения с Сергеем были куда менее романтичными, чем, например, с Игорем, хотя он и обошелся с ней не лучшим образом. Взять хотя бы его нападение на Галю в ванной…
С Сергеем ей было покойно и уютно. Ей нравилось с ним целоваться, но вот идти в постель… Так, чтобы закрыв глаза, ни о чем не рассуждая — не получилось.
Они сидели на кухне и пили чай с тортом. А потом Сергей первым поднялся и сказал как бы от нее:
— Дорогие гости, не надоели ли вам хозяева?
— Тебе далеко ехать? — заботливо спросила Галя.
Он помолчал, видимо, подсчитывая, а потом объявил:
— Если идти пешком — десять кварталов, — минут пятнадцать до стоянки. Взять машину и уже на ней — минут десять до дома… Ты за мной дверь закрой на все засовы, ладно? Я теперь буду волноваться за тебя.
Они целомудренно поцеловались, и Галя стала закрывать за Сергеем дверь. Но в последний момент, вспомнив, она крикнула ему вслед: