С Сергеем у нее все было по-другому.
Она сама потянула его в постель… Получалось, что это Игорь приучил ее к иным отношениям. Тем, в которых люди не стесняются применять друг к другу силу и напор. Тогда еще он не применял к ней силу, но, видимо, она чувствовала, что это может произойти. Взять хотя бы тот случай в ванной.
Сергей так никогда бы не поступил, а она подумала, что с такой деликатностью ей придется ждать его первого шага еще очень долго.
А он все боялся к ней прикоснуться, будто она хрустальная… Что такое — в постели с Игорем она вспоминает Сергея? Не означает ли это, что она наконец стала освобождаться от его власти? Тогда почему она по-прежнему покорно лежит рядом с ним, не делая попытки освободиться?!
Одно и то же. Она постоянно повторяет про себя. Мусолит. Тоже, Гамлет в юбке, быть или не быть. Надо быть честной и не быть дрянью!
Словно оплеуху дала самой себе. Это привело ее в чувство и заставило действовать.
Она осторожно пошевелилась, но Игорь не проснулся, и тогда Галя тихонько сползла с кровати, чтобы, прихватив с собой халат, выйти из комнаты. Выползти! Вот бы кто посмотрел, из собственной спальни выползает на четвереньках! Ей казалось, что так она производит меньше шума.
Все тело у Гали болело. Преодолевая сопротивление, Игорь ломал ее, как хотел. Но, однако, ее взбудораженная совесть никак не могла успокоиться. У Гали продолжался период самоедства. И унижение, которому ее подвергли, уже казалось ей заслуженным.
Про таких, как Галя, говорят: задним умом сильна. Что ей сделать с Игорем? Как остаться хозяйкой положения? Разве что его убить?.. Какая глупость лезет ей в голову!
Она встала под душ и долго мылась, пока наконец владевшее ею напряжение не покинуло ее. Потом растерлась жестким полотенцем. Вышла на кухню, приготовила себе кофе со сливками и стала пить мелкими глотками, бездумно уставясь в одну точку.
Решение пришло как-то вдруг, возможно, неправильное. Скорее всего трусливое. Но ничего другого не придумывалось. Физически она была слабее Игоря. Никаких ее доводов он не стал бы слушать. И потому она пошла по привычному пути наименьшего сопротивления.
В общем, она села и написала записку: «Игорь! Дверь за собой можешь просто захлопнуть. Больше не приходи, я не хочу тебя видеть».
Если бы она верила в то, что он поймет, то написала бы ему большое письмо, на несколько листов, а так…
Оделась, сунула в сумку ключи и осторожно закрыла за собой дверь. Один из ее замков, тот, старый, от которого у Игоря вполне могли быть ключи, просто захлопывался. Все ключи от второго замка она взяла с собой.
Взглянула на часы — десять минут первого. Не такая уж глубокая ночь. Она вполне могла позволить себе заявиться к Рагозиным под каким-нибудь благовидным предлогом и попроситься переночевать.
Нет, вот это нормально? Всякий раз сбегать из собственного дома, как обиженная жена — к маме.
Такси ей попалось сразу же, едва Галя повернула за угол. До того она шла по улице от дома и все еще невольно оглядывалась. Ей казалось, что вот сейчас из их двора выскочит полуодетый Игорь и догонит ее, чтобы силой вернуть назад.
Машина остановилась, едва Галя вскинула руку. Она проскользнула на переднее сиденье и назвала адрес Рагозиных.
— Что, забогатела, уже и не смотришь? — насмешливо проговорил водитель до странности знакомым голосом.
— Гена, ты, что ли? — удивленно спросила она, вглядываясь в своего бывшего мужа. — А эти светящиеся шашечки такси у тебя для прикола?
Несколько мыслей, схлестываясь одна с другой, промелькнуло у нее в голове. Первая и самая главная: как могут доверить провоз пассажиров пьянице?!
— Ой, можешь не опускать свои прекрасные глазки, я и так догадался, о чем ты подумала, — сказал Генка. — Мол, кто такому ханурику руль доверил!
— Я так не думала, — слабо запротестовала Галя. Ей не хотелось его обижать. Как-то вдруг она посмотрела на него по-особому. С интересом. Думала, знает своего бывшего, а, выходит, не знала.
— Так не так, но удивилась, чего уж там!.. Небось и не поверишь, если скажу, что я больше не пью…
— Подшился? — вскинулась она.
— И не подшился. — Теперь он говорил уже с обидой. — Понятно, ты меня в мусор списала и решила, что из меня ничего хорошего не выйдет? А вот и выйдет! Эта машина, между прочим, хоть и не новая, а моя. Почти.
— И откуда она у тебя взялась?
Отчего-то Галя вдруг почувствовала себя уязвленной.
— Это машина моей жены… Гражданской. Но я бы и женился на ней не моргнув глазом, только… — он улыбнулся, — только я сейчас как бы на испытательном сроке. У нее муж сгорел от пьянки, и она сказала, что больше не хочет наступать на одни и те же грабли.