Я даже не знала, что именно я просто. Я просто устала? Я просто влюбилась в парня, в которого не стоило? Я просто опять убила всё хорошее в моей жизни? Я просто опять всё разрушила? Я просто дура?
Я глубоко вздохнула, стараясь не накручивать себя.
Всё будет хорошо. Всё будет хорошо. Всё будет хорошо.
Я повторяла это про себя, но почему-то до сих пор в это не верила.
- Я просила у Марины разрешения снова пожить здесь, - призналась я, закрывая глаза, чтобы не видеть реакцию Оли.
К нашему общему счастью она не сказали и слова об Артёме, понимая, что сейчас это не лучшая тема для разговора.
- И что она сказала? - просто спросила она.
- Разрешила, - вздохнула я, - но на несколько дней, максимум на неделю. Потом мне нужно будет переехать.
Я и сама понимала, что долго здесь жить не смогу. Мне нужно было искать новую квартиру или хотя бы комнату. Но за неделю найти подходящий мне и при этом не дорогой вариант было достаточно проблематично.
- Ты поживёшь у меня, - уверенно сказала Оля.
Я покачала головой, хотя была польщена её отзывчивостью.
- Мы это уже обсуждали, у тебя и так есть соседка и комендант, который вряд ли меня пропустит.
- У нас новый комендант, который пока никого в лицо не знает, - сказала Оля, - а у соседки появился парень, поэтому она не появляется в общежитии. Ты же все равно будешь искать квартиру, а недели две я тебя как-нибудь потерплю.
***
- Что у тебя с Артёмом? - спросила Оля ночью в тот же день, когда мы оказались в её комнате, и она уложила меня спать на кровать своей соседки, которое по словам Оли знала и не была против, что я здесь остаюсь.
Я лежала на кровати у противоположной от Оли стороны, лицом к стене.
- Да ладно, Ника, я знаю, что ты не спишь, - заметила она.
- Это рекорд, ты терпела больше десяти минут, чтобы задать этот вопрос, - пробормотала я раз притворяться спящей я всё равно не могла, но всё равно не развернулась к Оле лицом.
- Не смейся над моей выдержкой и любопытством, - сказала она, - если не хочешь отвечать, можешь не делать это, но сдаётся мне, что ты хочешь об этом поговорить.
- Не хочу, - возразила я не до конца честно, - но раз ты разрешила мне пожить в своей комнате, то скажу. Я переспала с его другом, - просто ответила я.
Послышался звук переворачивающегося на другой бок тела и шуршания простыни, а потом тишина. Будто Оля пыталась бороться с шоком, я бы и сама была в шоке, если бы не знала правду.
- Ты не спала с его другом, - наконец пробормотала она уверено.
- Почему ты так считаешь?
- Потому что я знаю тебя.
- Ты не знаешь меня, - возразила я. - Но ты права, я не спала с его другом. Но он так считает.
- Почему?
- Потому что я не сказала, что это не правда.
- Почему?
- Потому что так будет лучше.
- Почему?
Потому что другой вариант ещё больнее.
Я вздохнула.
- Спи, почумучка, нам обоим завтра рано вставать.
- Ника, ты иногда так бесишь меня, - пробормотала поражённо Оля.
Я слегка улыбнулась.
- Я сама тоже бешу себя, - призналась я.
Глава 35
Примерно в таком же русле прошла целая неделя, во время которой я усердно пыталась найти себе новый вариант жилья и примерно так же усердно разочаровывалась.
Я смотрела все помещения, которые были с более или менее нормальной стоимостью, но жизнь кажется пыталась что-то мне доказать или чему-то научить. Добрая половина хозяев квартир выбирала не меня, а других людей на место квартирантов. Некоторые квартиры были в откровенно плохом состоянии, без света, воды и отопления. Другие же были так далеко от моей работы и учёбы, что тратить пол дня на дорогу туда и обратно я просто не хотела. И никто не предлагал мне такого привлекательного приложения, как Артём.
К счастью Оля до сих пор не выгоняла меня из комнаты, а её соседка, хотя и появлялась днём, ночами всегда оставалась в другом месте.
- Артём вчера приходил в кафе, - сообщила мне Оля как-то раз утром, когда мы сидели за единственной горизонтальной поверхность в комнате, не являющейся кроватью, и завтракали.
Ну как завтракали, Оля действительно ела приготовленный ей омлет, а вот я возила ложкой в тарелке, наполненной овсяной кашей на воде, без сахара и соли. И давайте признаем, она была ужасна, хотя Оля и пыталась сварить для меня её с любовью.
Насколько ужасна, насколько вообще может быть ужасна пресная каша. Но кроме неё я всё равно ничего есть не могла, поскольку от любой другой еды, да уже и от этой, меня начинало тошнить.
- И? - спросила я, не поворачивая головы в её сторону, потому что не хотела, чтобы Оля знала, что я зацепилась за брошенный ей крючок.