Я очнулась, удивившись, как быстро бьётся сердце в груди, эхом отдаваясь в ушах. Сглотнув, я подошла к ним, едва не наступив на мёртвого Змееносца. Кажется, это впервые, когда Цербер на моих глазах кого–то убил. Обычно он поручал всё это своим Мародёром, а тут вступился за едва знакомую девочку.
Айна вдруг вцепилась в руку Цербера, не сводя с меня изумлённого и чуть испуганного взгляда.
– Ты же… – охрипшим голосом начала она, и слёзы вновь затуманили глаза.
– Пока я не собираюсь умирать, – ответила я и попыталась улыбнуться. Это получилось необычайно легко. – А сейчас мне нужно защитить твоего брата…
– Ориаса?
– Дамеса.
Айна выдохнула, недоверчиво взглянув на Цербера, который соизволил только кивнуть. Никогда ещё не видела такую бурю эмоций на лице Айны: восторг, смятение, страх, радость, нерешительность… и всё за пару секунд!
– А что Ориас? – нахмурилась девочка. – Ты же его не…
– Не знаю, – перебила я, не давая ей договорить эту фразу. – Но, думаю, ссылка в Серфекс ему обеспечена.
Айна вздрогнула, но кивнула.
– Иди уже, – раздражённо бросил мне Цербер.
– А ты…
– Пока займусь ангелком. Подойду после, если, конечно, меня не упекут как соучастника, – криво усмехнулся тот, махнув мне свободной рукой с чёрными пальцами и белыми ногтями. – Иди уже, не мозоль глаза, Шпилька! Да и не светись, а то ослепну.
Я и сама не поняла, когда свечение уже начало разгонять мрак вокруг нас, снизив его до зелёно–лиловых точек на коже.
Кинув на прощанье взгляд в сторону Айны, я зашагала дальше, ругая себя за медлительность, которая чуть не стоила жизни. Надо собраться. Это не прогулка в летний денёк по цветущему саду. Тут всё серьёзно. Либо ты, либо тебя.
Я уже чуть ли не бежала, хотя с крыльями это было трудно. Точнее, вряд ли выполнимо, так что довольствовалась я лишь быстрым шагом, уже ощущая боль в напряжённых мышцах спины и ног.
В воздухе вдруг ощутимо запахло цветами, и я вышла на площадку перед главными дверьми зала. У них, словно искусно сделанные статуи из зелёной листвы с золотыми шлемами и нагрудниками, стояли амуи. Высокие, одинакового телосложения, с резными пиками в руках и отливающими серебром крыльями. Они даже не вздрогнули при виде меня, дав пройти к раскрытым дверям, в зал, который перетерпел две трагедии, и сегодня перетерпит третью.
В зале пахло свежестью, росой и зеленью. А ещё жженым металлом, трухой и пеплом. На бордовой плитке распласталось несколько тел – большинство из них принадлежали Завоевателям, другие – павшим амуи, чья кожа поросла зелёными ростками и даже цветами, третьи - рикилям.
Света за окнами и ярких вспышек было достаточно, чтобы осветить громадный зал. Первое, что бросилось на глаза – увитое цветами возвышение в центре, на котором стояло два пустых гроба. По левую правую стороны от них высились чёрные фонари, в которых испуганно трепетало пламя, а под ногами хрустели лепестки засохших цветов. Над всем этим парили круглые рыжие шары, бросая блики света на пол, на лица, на двух братьев в центре.
При виде Дамеса я застыла, восхищённо смотря на его мощную, словно вырубленную из гранита, фигуру, позади которой были подаренные королём фей крылья. Они переливались на свету, и казались куда красивей и мощней предыдущих. Одет врас был в светлый костюм с алыми и золотыми вставками, что лишь подчёркивал рельефы его мышц. Светлые волосы были небрежно зачёсаны назад, а лицо казалось грозной маской воителя с искусно вырезанными шрамами и небесными глазами, которые жалили подобно взрывам Янтарных Колец. Вот он, истинный Император. Даже когда Ориас заявился сюда, я не чувствовала такого трепета и непроизвольного желания преклонить колено…
Ориас. Он стоял напротив, в паре метрах от брата, практически у ступеней возвышения. Кажется, когда сюда пришли амуи с Дамесом, он сидел у гробов. А сейчас не сводил взгляда с брата. Его крылья опустились, лицо было необычайно бледным, глаза казались тёмными, глубоко запавшими, но смотревшими с необычайной ясностью, а скулы заострились. Он словно не ел и не спал трилун! Но прошло ведь пару дней…
Я была в тени, за спинами амуев, однако всё равно видела братьев.
– Я пришёл забрать своё. – Дамес не кричал, не повышал голос, но он эхом разлетелся по залу, заставив, кажется, даже стёкла окон задрожать. Переведя взгляд с Ориаса на гробы, он продолжил: – Вижу, ты меня уже успел похоронить. Всегда на шаг впереди, но не в этот раз.
Ориас словно получил пощёчину, вздрогнув и выпрямившись. Они были одного роста, но всё равно Дамес каким–то образом казался выше.