Наконец, Лаи наклонилась, подобрав подол платья и резким движением оторвав от него полоску ткани. Сложив её, хиимка подошла ко мне, аккуратно приложив мягкую ткань к щеке и стирая капли крови. От неожиданной заботы я вздрогнула, и взгляд заволокла пелена из слёз.
– Мне надо было прийти раньше, – хрипло произнесла я.
– Но ты всё равно пришла, – с мягкой улыбкой ответила Лаи, и по ещё щеке пробежала слезинка. – Я тебя ждала.
Я через силу улыбнулась, едва дыша от нахлынувших чувств, которые привыкла за это время запирать на несколько замков.
– Тогда… возвращаемся? – неуверенно спросила я.
Лаи вновь улыбнулась и кивнула, стирая с щёк слёзы и уже едва сдерживая рыдания. Я шагнула к ней, обняв и закрыв глаза. Звёзды, неужели это правда? Я уже не надеялась вернуть хиимку, чей мелодичный смех, тихие разговоры по вечерам и прогулки по саду казались мне бальзамом на душу после ухода Ориаса. Мне казалось, я потеряла её навсегда, и виновата в этом сама. Не смогла уберечь от Томена, от Ориаса, не смогла остановить их. Но теперь один мёртв, а второй в темнице с кошмарами. Там, где ему и место.
***
– Тут… так всё изменилось, – ахнула Лаи, когда мы неторопливо шагали по коридорам дворца.
Я попыталась взглянуть на всё её глазами: некогда пустые коридоры теперь заполняли оригиналы картин, стояли доспехи некоторых рас или редкие одежды (тот же костюм кровобита или одеяния амуев), за стеклом стеллажей расположились диковины, начиная от каких–то книг на древних языках и заканчивая диадемой правительницы некогда могущественной державы, павшей под натиском Содружества. Правда, на стенах в некоторых местах до сих пор виднелась копоть, а сад только–только начали приводить в порядок. Я уже успела привыкнуть к этой картине, единственное, что было чуждо – чистое небо над головой с едва виднеющимся кольцом «Пристанища». Не было больше дредноутов, и патрулирующих Файю день и ночь истребителей. Ну или они были, просто я не замечала.
– Цербер постарался.
Лаи вздрогнула, стиснув пальцы на тёмно–красной юбке.
– Он здесь? – сипло спросила она.
– В темнице, – кивнула я, помедлив, прежде чем добавить: – Он организовал возвращение Дамеса.
Лаи поджала золотистые губы.
– Он всё делает ради своей выгоды…
– Таков весь Цербер, – согласилась я, свернув в коридор с единственными кремово–белыми дверьми. Ощутимо запахло лекарствами. – Я хочу, чтобы тебя осмотрел Уан.
Лаи испуганно взглянула на меня, неуверенно застыв и как–то сжавшись.
– Я… я в порядке…
– Лаи, – мягко упрекнула я, взяв хиимку за холодные пальцы и стараясь не обращать внимания на вырезанные на её ладонях узоры. – Не стоит бояться.
– Я не боюсь, просто…
Двери лазарета вдруг раскрылись, и оттуда, явно о чём–то споря, показались Тхана с Уаном. В руках первой была сушёная веточка подозрительно зелёного цвета, второй же что–то увлечённо доказывал, тыкая пальцем в планшет и недовольно махая хвостом без кисточки.
– …вырабатываемый токсин при большой дозировке заставляет нервную систему медленно отмирать…
– Но если компенсировать это драбокриномаром, то токсин можно нейтрализовать, – жарко перебил Уан.
– Токсин впитывается в кожу на неопределённое время, и нейтрализовать его практически невозможно! – возразила Тхана, сверкнув своими необычными глазами и взмахнув рукой с веткой. – А таблетки, которые делают из этого растения, и вовсе нельзя употреблять!
– Да, но…
Уан наконец–то увидел нас, запнувшись на полуслове и удивлённо приоткрыв рот. Тхана настороженно выпрямившись, с подозрением глядя на Лаи, которая, казалось, стала в разы бледнее.
– Не помешаем? – поинтересовалась я, разрушая напряжённую тишину.
– А когда…
Уан вновь замолчал, видимо, заметив следы золотой крови на моей одежде и изящную шпагу с ножнами из кости айова в руке. Лаи даже не стала возражать, когда я её взяла, правда, для чего, я ей так и не сказала. Не стоит травмировать хиимку напоминанием о Цербере.
– Да, конечно, – наконец–то очнулся Уан, освобождая проход и быстро кидая Тхане: – Потом договорим. Тут кое–что важное.
Кровобитка не стала спорить, последней войдя в лазарет и, наклонившись, что–то спросила Уана. Поколебавшись, тот ответил, и глаза кровобитки удивлённо округлились. Видимо, она слышала про Лаи, и много раз, цепким взглядом исследуя неуверенно замершую хиимку. На фоне подтянутой Тханы она казалась тростинкой, готовой сломаться от любого чужого вздоха.
– Когда ты успела? – настороженно спросил Уан, надевая медицинские перчатки.