– Надо же что–то новое пробовать, – тихо ответила я. – А тебя, судя по всему, мало кто на свадьбы звал.
– Ну а кто рискнёт? – пожал он плечами, и я невольно усмехнулась. И вправду, больно странная свадьба с грозой всех торговых судов Вселенной.
Я обратилась к Тхане, пытаясь сосредоточиться на её словах, но в памяти как назло всплывал разговор Айны про кольца. Сейчас эти кольца уже были на пальцах Лаи и Дамеса, и отчасти я была этому рада. Они заслужили их, пройдя через столько испытаний. Самое ироничное в этом то, что если бы не Ориас, они бы даже не думали, что однажды встретятся. Я бы так и была у Матери Орика, подрабатывая на Земле и копя на Океанию, в тайне ожидая того момента, когда за мной придут Мародёры. И Цербер не стоял бы рядом, спокойно со мной разговаривая, а истязал бы в своей камере пыток, пытаясь добиться, кому я продала его самое великое сокровище.
Тхана взяла в руки металлическую иголку, аккуратно проткнув подушечки пальцев Лаи и Дамеса. Поведя рукой, заставив их кровь – тёмно–багровую и золотую – тонкими струйками подняться в воздух, она сжала пальцы, и жидкость тут же затвердела, сверкая разноцветными камешками величиной с ноготь на мизинце. Золотой Тхана отдала Дамесу, который осторожно прикрепил его на тонкий браслет запястья. Багровый взяла Лаи, украсив серёжку. Немного необычный обычай (для землян, конечно же), который есть практически во всех державах. Буквально означает, что ты носишь кровь своего партнёра с собой. Так же и вычисляют женатых, но обычно такие камешки вшивают в кожу, правда, такое сейчас редко когда встретишь.
Я покосилась на Цербера – если у него и была застывшая кровь своей возлюбленной, то он очень умело её прятал. Пират заметил мой взгляд и, усмехнувшись, легко качнул головой. Ну и ладно, больно надо мне.
Отвлёкшись на Цербера, я проворонила, как Дамес повернулся к Лаи, обхватив её лицо ладонями и нежно, даже осторожно поцеловав, заставив девушку залиться золотым румянцем, но довольно смело ответить.
– Так, тут уже для взрослых, – заметил Цербер, как бы ненароком взмахнув рукой у меня перед глазами и закрыв весь обзор.
– Знаешь, я уже давно не девочка, – проворчала я, в отместку отобрав у него бокал и одним глотком осушив его содержимое. – Думаешь, не знаю, как себя в постели вести?
– Думаю, не знаешь, как любить, – ответил тот, с негодованием смотря на пустой бокал.
Я собиралась ответить что–то колкое, как меня окликнул Дамес. Что–то шепнув заметно насторожившейся Лаи, он подошёл к нам, слегка раздвинув крылья, чтобы не было видно хиимку. Видимо, мера предосторожности из–за Цербера.
– Прими мои поздравления, – довольно официальным тоном произнёс пират, коснувшись белой рукой с чёрными ногтями груди. – Не знаю, как долго продержится ваш союз и вмешаются ли сюда Бароны, но должен заметить, партия из вас весьма выгодная. И, да – это мой скромный подарок от нежданного гостя.
Цербер достал из рукава шкатулку, на которую мы с Дамесом уставились с заметным подозрением. Вздохнув, глава Мародёров аккуратно раскрыл её, являя чёрный чип на белой подушке.
– Тут данные за все те года, когда Ориас собирал свою армию – имена, планеты, документы, места, где до сих пор дожидаются своей команды корабли. Пришлось покорпеть, чтобы всё это достать – можешь выкинуть, если хочешь, но тут есть весьма интересные сведенья. Советую ознакомиться.
Я подняла круглые от изумления глаза на Дамеса, который ответил таким же взглядом. Мы пытались в первые дни собрать хоть какие–то сведенья о том, что ещё припрятал Ориас, но цифры и факты не складывались.
– И ты отдаёшь это… нам? – нахмурившись, уточнил Дамес. – Без какого–либо обмена?
– Да, признаюсь, подарками я не раскидываюсь, так что лучше возьми, – раздражённо ответил Цербер. – Мне весьма много времени потребовалось, чтобы всё это собрать и по полочкам разложить. Так что постарайся хотя бы открыть и ознакомиться с файлами. Там, кстати, есть и приказы на ближайшие трилуны. Видимо, Ориас расписал всё по дням – весьма необычный и действенный подход, советую взять его на вооружение.
Тень легла на лицо Дамеса, и он без лишних слов взял шкатулку размером с его кулак.
– Это всё? – поинтересовалась я у Цербера.
Тот задумчиво облизал губы, словно хищник, учуявший скорую жертву.
– Практически… мы можем отойти?
Дамес напрягся, но кивнул, и мы втроём вышли на одну из дорожек оранжереи, слушая мелодичное пение птиц. От напряжения сводило плечи. Казалось, один неверный шаг или вздох, и что–то произойдёт.
– Что ты хочешь, Цербер? – наконец спросил Дамес, угрожающе приподняв крылья.