Медленно подойдя к койке, борясь с громко бьющимся сердцем, я осторожно коснулась тёплой руки женщины, покоящейся на груди. В тот же миг Ассандра раскрыла яркие небесные глаза, и её свободная рука схватила меня за запястье. Между нами остались жалкие сантиметры, и в ярких глазах женщины с серебряным ореолом я различила своё отражение. Дыхание застыло в груди, и время замерло. Я поражённо смотрела на Ассандру, чувствуя её волю – мягкую, обволакивающую, что тут же переплелась со мной, но не подавила, как было у Кайона, а сплелась воедино.
– Это же ты… – одними губами произнесла женщина, протянув вторую руку и нежно коснувшись моей щеки. – Но разве такое возможно?..
Я кивнула, поняв, что губы сами растянулись в печальной улыбке, а слёзы защипали глаза.
– Я нашла тебя, – прошептала в ответ я. – Больше Тьма тебя не заберёт.
Яркие глаза Ассандры засверкали, и она подалась ко мне, коснувшись своим лбом моего и шумно вдохнув воздуха.
– Мэл? – раздался со стороны настороженный голос.
Я с трудом раскрыла глаза, выпрямившись и взглянув на неуверенно застывшего Ориаса. Ассандра последовала моему примеру, и я помогла ей сесть.
– Всё в порядке, – с трудом вернувшись на межмирный, ответила я. – Когда остальные подойдут?
– Через минуту.
Я кивнула, взяв с тумбочки стакан с водой и протянув женщине.
– Выпей.
Осторожно приняв стакан, Ассандра медленно поднесла его к губам, сделав глоток и с силой проглотив. Видимо, двигаться и говорить ей ещё было сложно. Однако воду она выпила, вернув мне стакан и благодарно кивнув.
В этот момент как раз показались остальные. В комнату, настороженно кивнув Ориасу, вошёл Дамес. За его спиной угрожающе вздымались искусственные крылья, вот только не для красоты – одежда на Императоре была удобной и лёгкой, а завязанные в низкий хвост волосы взмокли от пота. Видимо, Дамес тренировался вновь летать, и сообщение брата застало его в небе.
За Дамесом, не отрывая глаз от планшета, вошёл Уан, но так и замер на пороге, перегородив рукой путь Тхане и кивком головы показав, что лучше пока подождать.
Ассандра заметно напряглась, выпрямившись на своей койке и расправив плечи. Перед ней были совершенно незнакомые существа, о которых она знать не знала. Я даже отчасти понимала её чувства.
– Они не причинят тебе зла, – коснувшись плеча женщины, шепнула я. – Они помогли тебя найти.
В её глазах мелькнуло неподдельное удивление, и в какой–то миг мне даже показалось, что я смотрю на собственное отражение, только более взрослое и серьёзное.
– Ты им доверяешь? – взглянув на меня, одними губами спросила Ассандра, и я кивнула. Женщина заметно расслабилась, обведя взглядом собравшихся и задержавшись на Дамесе. – Твоё лицо мне знакомо, но мы никогда не виделись, – произнесла она на языке врасов глухим, всё ещё тихим голосом. Однако в возникшей тишине голос эхом раздался в голове.
Я заметила, как выпрямился Дамес, заполнив собой всю комнату.
– Дамес Грандерил, – представился он.
– Грандерил? – даже вскинула брови Ассандра, печально улыбнувшись. – Каста крылатых врасов… Я думала, в живых их больше не осталось. Сенат наверняка позаботился о вашей расе…
– Мы не зависим от Сената, – спокойно перебил Дамес. – И от Бароний тоже.
– Тогда от кого? – непонимающе прошептала Ассандра, склонив голову, и чёрные волосы длинным водопадом заструились вниз.
Дамес не сдержал усмешки.
– Вы в Межмировой Империи, Ассандра Йолинер, и она возникла как раз после вашего исчезновения.
На лице женщины застыло удивление.
– Чтобы сформировать Империю требуются сотни лет… – прошептала она, и озарение вспыхнуло в её глазах. – Сколько…
– Почти тринадцать тысяч лет, – негромко ответил Ориас, хмуро наблюдающий за нами.
Плечи Ассандры опустились, и она вмиг показалась хрупкой, растерянной и ничего не понимающей. Её пальцы задрожали, и женщина переплела их, сжав и нахмурившись. Она о чём–то думала, медленно подняв глаза на Дамеса.
– А кто вы? – тихо спросила она, уже зная ответ.
– Император. Мы знаем, кто вы, Ассандра.
Женщина сжала губы.
– Узурпатор для вас, – прошептала она.
– Возможно, Сенат всем внушает именно так, – и бровью не повёл Дамес. – В прошлом мы тоже этому верили, пока не возникли некоторые детали, которые заставили нас сомневаться.