– Предлагаешь забить на всё и на всех и свалить куда подальше? – хмуро поинтересовалась я.
– Прекрасный вариант, – одобрил Цербер, – но это называется «бегством». Не очень его люблю, особенно когда те, от кого ты бежишь, рассчитывают на долгую жизнь.
– Ну да, я пыталась, – скрестила на груди руки я, многозначительно взглянув на главу Мародёров. – Не особо вышло, особенно учитывая, что меня Ориас так и вовсе чипировал. Найдёт где угодно, хоть из–под земли достанет.
Словно в подтверждении моих слов браслет завибрировал – пришёл приказ явиться к Императору, и чем быстрее, тем лучше.
– Вспомнишь дьявола, вот и он, – пробормотала я.
Поднявшись с дивана и выйдя из кабинета Цербера под его насмешливый взгляд, я направилась к Ориасу, уже придавая лицу безразличное выражение и готовясь к худшему. По крайне мере, ничего хорошего за эти трилуны он мне ни сказал. Да и наши отношения стали, мягко говоря, напряжёнными. Рядом с ним я старалась практически ничего не выражать и помалкивать в тряпочку, не давая ему повода забавляться со мной. Пускай думает, что наконец–то сделал из меня солдата – сам же и поплатится.
Двери бывшего кабинета Дамеса раскрылись, и я молча вошла внутрь, расправив плечи и вскинув голову. Каждый раз при встрече с новым Императором я ощущала склизкий страх и пренебрежение. Даже когда Ориас переспал чуть ли не с половиной женщин Вселенной, я не испытывала такого чувства. Оно появилось уже после того, как он силой захватил престол и использовал меня. Вряд ли когда–нибудь это чувство пропадёт, только если звёзды вдруг погаснут.
Однако меня ожидал «сюрприз» – Император в кабинете был не один. У его стола, лишённый всяких эмоций, стоял Совик. Да–да, ещё один парламентёр–врас с нарушенной пигментацией: волосы у него были чёрно–белые, как и хвост, а сам он был в непривычной чёрно–изумрудной форме. Заслышав шаги, Совик обернулся, и его взгляд от равнодушного тут же стал презрительным и полным ненависти. От неожиданности я даже остановилась, ощутив комок в горле от невысказанных слов, которые бы озвучила, не будь тут Ориаса.
– Проходи, – скорее приказал, чем предложил Император, сидя за столом своего брата.
Сглотнув, я повиновалась, стараясь не смотреть на Совика, который готов был убить меня прямо сейчас. И я его прекрасно понимала – как ещё можно реагировать на того, кто казался тебе другом, а после жестоко разрушил мир и всё, что ты о нём знал?
Не подаваясь эмоциям, я встала напротив Императора.
– Чем обязана? – с холодком поинтересовалась я.
При каждой новой встрече смотреть в глаза Ориаса было легче, чем в самом начале, да и желание их выцарапать пропадало, однако не уходило насовсем. За эти недели я уже научилась контролировать себя, не так хорошо, как хотелось бы, но прогресс был.
Изумрудные нити с золотым блеском переливались на одежде Императора, подчёркивая его белую кожу и чёрные, спускающиеся на плечи, волосы. Сидя в удобном кресле, он неторопливо барабанил пальцами с тёмными ногтями по столу, словно снующие в голове мысли никак не давали ему покоя. На меня он едва ли взглянул, равнодушно смотря на Совика, хотя и подмечая его эмоции.
– Содружество наконец–то изъявило желание провести переговоры, – разрушил тишину Ориас задумчивым голосом. – Они согласились встретиться на границе. Несколько Сестёр и Оникс.
Сердце пропустило удар, и я чуть не потеряла самообладание. Вовремя прикусив язык, я заставила себя не подаваться никаким эмоциям.
Если на переговорах будет Оникс, то я смогу посвятить его в свои планы. Он не останется в стороне, наверняка уже сам что–то готовит. Да и просто увидеться с тем, кто поддержал меня в трудную минуту, мне просто необходимо. Мне даже вспомнились наши встречи, от которых всё внутри потеплело. Я обязана с ним встретиться. Он меня поймёт.
– Вы оба отправитесь туда, – сказал самую очевидную вещь Ориас, однако Совик едва не подавился.
– Вы отправляете меня с Судьёй? – поражённо переспросил Совик, даже не подозревая, как меня коробит это прозвище. – А какова вероятность, что она не убьёт Сестёр и Оникса?
Ориас даже усмехнулся, и я невольно поджала губы. Ему было смешно.
– Не будешь её злить, может, даже и крылышки не покажет, – произнёс Император, бросив на меня заинтересованный взгляд. – Или ты хочешь покрасоваться перед Ониксом, Мэл?
Поток ругательств уже бушевал в голове, и я не смогла сдержать язык за зубами, прохладно ответив: