Поднялся на этаж, открыл двери. Навстречу вышла зареванная Лютик:
— Мао пропала, — и в голос расплакалась.
— Как пропала? — пакет продуктами выпал из рук.
Ваня сначала даже не понял, что случилось или могло случиться? И вопрос его был совершенно искренний: может, куда-то залезла кошка, а Люсе ее найти не удается?
— Я не знаю, — плакала девушка, — наверное, когда на учебу уходила, она выбежала за двери, а я не заметила! Я торопилась и вообще плохо соображала. Вышла. Заперла квартиру и пошла. Я даже не оглянулась!
Плач стал сухой истерикой. Видимо, Лютик уже давно в таком состоянии.
— Я на улице ее искала, я в подъезде ее искала, вдруг, думала, за мусоропровод забилась, я даже на крышу слазила, чтобы ее найти. Но ее нет нигде! — Ваня обнял трясущиеся плечи подруги, от нее шел жар.
— Люсь, ну, я сейчас тоже пойду, поищу, а ты выпей таблетки, ложись отдыхать! — уговаривал девушку, хотя у самого на душе было тошно.
Разомкнул короткое объятие, поднял сумку с продуктами и понес на кухню. Лютик пошла за ним. Вынула жаропонижающее, трясущимися руками лила воду в стакан, плеща мимо, пока не отобрал и не налил сам.
— Люсь, ну, не ушла она далеко. Оголодает к дому придет. Не сегодня так завтра, — уговаривал соседку. — Еще и котят нам нагуляет. Кто их раздавать потом будет?
Пытался как-то разрядить ситуацию, хотя ничего хорошего в ней не видел. Конечно, сейчас побежит искать кошку, но верилось в то, что найдет, мало. В лучшем случае домашнюю ухоженную красотку Мао кто-то уже забрал к себе. В худшем - загоняли другие кошки чужачку, хорошо если не избили и не изорвали, а просто выгнали со своей территории.
— Иди ложись, отдыхай,- велел Лютику, а сам обулся и пошел в сумрак дождящего октября.
По улице ходил, выглядывая и зовя животное, больше часа, естественно, эффективность этого способа поиска была нулевой. Никто не отозвался на его крики. В городе уже была совсем ночь. Дождь припустил с удвоенной силой. Никакого смысла продолжать поиски не было. Усталый и расстроенный пошел домой. Переживал за кошку, а более того за Лютика. которая извелась и винит себя. неожиданно вспомнилось, как во сне она прочитала, что все всегда портит и требовала, чтобы Ваня срочно уехал, занялся карьерой.
Думал, как успокаивать, учитывая, что тут, пожалуй, ничего не скажешь, вина, и правда, полностью на ней. Ждать, что болеющий человек не совершит никаких ошибок, конечно, бессмысленно. Никто и не ждет, но иногда маленькая забывчивость оборачивается серьезной драмой, тягостной, в первую очередь для того, кто ее совершил.
Под промокшей манжетой толстовки, выбивающейся из-под рукава куртки, зазудели царапины, оставленные Мао. Больше царапаться будет некому. Конечно, завтра они развесят объявления, попробуют найти кошку, но в вероятность удачного исхода не очень-то верилось. Зато теперь было понятно, почему они не смогли найти предыдущих хозяев. Никто не знает, когда и как далеко убежала кошка от изначального жилья. Объявления развешивали в ближайших дворах, как завтра он пойдет развешивать объявления о пропаже животного, но такую своевольную путешественницу могло унести за несколько районов.
Повернул ключ в замке, разулся у порога, протопал на кухню, а потом в комнату Лютика. Люся спала, измученная своими слезами и бесплодными метаниями. Вернулся назад на кухню. Вымыл руки. Посмотрел на разобранный пакет с продуктами. Конечно, в таком состоянии ничего девушка есть не стала. Вздохнул, открыл холодильник, убирая сыр, колбасу, молоко. Даже готовые сэндвичи. Им обоим не до ужина из-за произошедших событий.
Взгляд наткнулся на открытую пачку с консервированным влажным кормом. Безжалостно выбросил в помойку, чтобы на глаза не попадалась и душу не травила. Другие паучи переложил из холодильника в кухонный шкаф, спрятав за банки со специями. Призрачный шанс того, что завтра откроют дверь, а Мао сидит на ступеньках и пищит от голода, все же был, но по большей части хотелось лишь одного — убрать все следы присутствия кошки. В туалете лоток и наполнитель. Выбросил наполнитель, сполоснул кошачий туалет и запихнул зачем-то себе под кровать. Туда же убрал и мешок остатками силикагелевых шариков, а рядом второй — с сухим кормом. Чувствовал себя почему-то преступником, желающим изничтожить все улики и следы совершенного преступления, хотя даже не он стал причиной того, что случилось.