Внезапно наступила тишина. Мир замер, словно перед грозой, в воздухе вместо озона повисло чувство отчаянной безысходности. В дверь на первом этаже что-то глухо ударило, и капля пота сбежала по лицу Луканова.
Он не закрыл входную дверь.
В наступившей тишине Луканов услышал негромкий скрип входной двери, и после этого она закрылась, словно захлопывая мышеловку. По зданию сквозняком пролетел порыв ветра, ворвавшийся из темной ночи в пустую клинику. Кто-то тихо, словно мягкими, покрытыми шерстью лапами, ступил на скрипучие половицы больничного коридора. Этот кто-то явно хотел остаться незамеченным и двигался почти бесшумно и осторожно, но негромкий скрип паркета все равно долетал до вдруг обострившегося слуха Луканова. Доктор замер, почувствовав, как немеет тело. Отсюда нет другого выхода, кроме как через входную дверь. Он судорожно оглядел комнату, руки вцепились в кочергу.
Вот шаги, крадучись, прошелестели по первому этажу и приблизились к лестнице. Может не пойдет наверх, мелькнула паническая мысль. Тогда у него будет шанс - возможно! - рывком сбежать вниз и броситься наружу. Но что тогда? Остаться один на один с неведомым зверем в темноте посреди зарослей диких роз и густого кустарника? Самоубийственный бред! Уж лучше здесь, под мнимым прикрытием стен. Может, неведомое существо ограничится первым этажом? Луканов утешал себя, но понимал: нет, не ограничится. Оно видело его. Оно идет за ним.
Скрипнула первая ступенька лестницы и словно ток прошел по позвоночнику Луканова, пронзая разрядом каждый позвонок, сковывая тело. Страх парализовывал, сжирал волю к жизни, словно бездонный омут, поглощая силы. Луканов уже чувствовал, как жизнь начинает уходить из тела. Словно ночной гость обладал сверхъестественными способностями пить жизненные силы на расстоянии, как комар, присосавшийся к вене.
Скрипнула вторая ступенька.
Кто-то там, во тьме мрачного пустого коридор, двигался медленно, но неумолимо, с каждым шагом приближаясь к Луканову, и каждый этот шаг был как песчинка в песочных часах, отсчитывающих мгновения жизни. Луканов попробовал сосредоточиться: сейчас нужно было собраться и принять какое-то решение, но бессонные ночи и отсутствие таблеток сказывались - в голову лез всякий бред. Если бы сейчас кукушка из часов во флигеле принялась отсчитывать оставленные ему судьбой даже не годы, минуты жизни - она бы закашлялась на вдохе и стыдливо скрылась бы в чреве деревянных часов в виде домика.
Третья ступенька.
Неведомое создание словно специально тянуло время. Так кошка играет с полу растерзанной, но еще живой мышью, из живота которой уже торчат внутренности. Хищник знает: добыча никуда не убежит. Что за дикая манера играть с едой?
Четвертая ступенька.
Ее отчаянный скрип вернул Луканова в реальность. “Если сейчас ты что-нибудь не предпримешь, то все закончится раз и навсегда!” Внезапно Болотово стало чем-то родным. Он вдруг отчаянно понял, что не хочет прощаться с ним. Что хочет и дальше видеть лицо пьяного Сергея, слышать надменный тон Веры Павловны, слушать поучительные речи Сосновского, да даже вздрагивать от лая Грозы! Держать за тонкую, словно ладонь призрака, руку Лизы… Он хочет остаться, жаждет жить здесь!
Пятая ступенька.
Луканов представил, как острые клыки разрывают его горло и впиваются в шею. Жизнь, словно вода из пересыхающей реки, капля за каплей покидает тело. Нет! Он хочет жить!
Внезапно тишину разорвало отчаянным скрипом - тот, кто шел по лестнице тихо и аккуратно вдруг метнулся вверх. Ступеньки предсмертными воплями завизжали под ногами неведомого гостя.
Луканов стряхнул оцепенение. Он прижался к стене и крепче сжал кочергу, занеся ее над головой.
Шаги теперь скрипели в коридоре второго этажа, стремительно приближаясь к его двери.
Дверь! Он даже не закрыл ее!
В панике он метнулся через всю комнату к ручке, уже в движении осознав, что не успеет. И когда он схватился за дверную ручку, он почувствовал, что кто-то с той стороны схватил ее тоже.
Наступила тишина. Рука Луканова замерла на ручке двери. С той стороны не сильно дернули.
- Доктор! - послышался шепот из-за двери.
- Лиза? - обомлел Луканов.
Он распахнул дверь. В темноте коридора стояла Лиза. Глаза ее, как всегда широко распахнутые, были наполнены страхом. Она кинулась к нему в объятия, и он почувствовал, как содрогается ее нежное тело. Он быстро захлопнул дверь и задвинул щеколду.