- А катись ты к чертовой матери, - одними губами безмолвно проговорил он и широко улыбнулся.
Родившийся и выросший в заброшенном шахтерском поселке в Аппалачах, Кэнтрел с малых лет недолюбливал полицейских, юристов и политиканов, а Форрестол, по его мнению, олицетворял самые худшие черты этих людей. Кэнтрел был абсолютно уверен, что операция "Охота на ведьму" вызвана лишь откровенным стремлением министра юстиции нажить политический капитал, и чувствовал себя оскорбленным, видя, что он пытается представить операцию как некий поход современных крестоносцев.
Во всяком случае, сам он вовсе не собирался наводить тень на плетень и не скрывал, что согласился участвовать в "Охоте на ведьму" исключительно из-за денег, поскольку в дополнение к обычному жалованью должен был получить вознаграждение за особо трудные условия полета плюс дополнительную плату за оказание специальных услуг и к тому же еще - за участие в боевой операции. Деньги ему были нужны как воздух: он задержал выплату алиментов, а кроме того, на него давил контролируемый мафией игральный синдикат, державший в руках его векселя на общую сумму в пять тысяч долларов.
Когда они коротали время за игрой в покер, дожидаясь, пока ураган достигнет расчетной точки, Кэнтрел рассказал Новаку, почему он согласился лететь, и Новак не поверил своим ушам.
- Ты, верно, спятил, старина, - сказал он. - Это что же получается? Лезешь в ураган только из-за того, что какая-то дамочка и парочка мафиози давят на тебя и надоели хуже горькой редьки? По-моему, это не выход. Честное слово, овчинка выделки не стоит!
И тогда Кэнтрел рассказал второму пилоту, что начиная с 27 июля 1943 года, когда инструктор из летной школы в Брайане, штат Техас, поднялся в воздух на одномоторном самолете и впервые в истории авиации пролетел через зону урагана, такие полеты стали обычным делом.
Однако Новак остался при своем мнении.
- Чушь все это! - только и сказал он. - Разве может полет в зону урагана стать обычным делом? Может быть, для тебя все это просто азартная игра? Твоя жизнь поставлена на карту, а ты сдаешь туза сопернику?.. - Новак вдруг заволновался и бросил карты на стол. - Послушай, старина, а может, ты хочешь покончить счеты с жизнью? Ничего себе, в хорошенькую историю я вляпался. Командир корабля - подпольный камикадзе!
- Единственное, чего мне сейчас хочется, - это чтобы ты продолжал играть в покер, - мрачно ответил Кэнтрел. - Ну а ты-то, умник, почему вызвался?
Темнокожая физиономия Новака расплылась в белозубой улыбке.
- Я? Я, старина, хочу доказать самому себе и другим, что я действительно мужик, а не тряпка. Ну чем я хуже остальных олухов?
Самолет приближался к взлетной полосе, пилоты закончили опробование оборудования.
В наушниках раздался голос диспетчера аэропорта:
- СЭМ-ноль-один, разрешаю проследовать к месту старта.
Кэнтрел вырулил на взлетную полосу, нажал на тормоза и включил двигатель на полную мощность. Дождь почти прекратился, и небо на горизонте начало светлеть.
Новак откашлялся.
- СЭМ-ноль-один к взлету готов.
- СЭМ-ноль-один, взлет разрешаю. Ну, ребята, ни пуха ни пера!
Кэнтрел рассмеялся.
- Вас понял, - сказал он многозначительно. Он отпустил тормоза, и огни на взлетной дорожке понеслись им навстречу, словно трассирующие пули.
Полет вдоль восточного побережья Флориды проходил спокойно, и через полчаса Кэнтрел, взяв в руки микрофон связи с пассажирским салоном, обратился к группе десанта.
- Через несколько минут мы ляжем на курс, ведущий в зону урагана, объявил он. - Если кто-то из вас еще не пристегнул ремни, самое время этим заняться. Минут через пятнадцать мы войдем в зону урагана, начнется такая болтанка, точно самолет скачет по ухабам.
Теперь самолет вел Новак, а Кэнтрел занимался прокладкой курса и держал связь с аэропортом. Получив от диспетчера данные о местонахождении самолета, Кэнтрел включил противообледенительную систему и сам сел за штурвал.
На карте, которую передал ему Кэнтрел, Новак очертил кружок и проставил около него время. Самолет начал левый разворот на 70°, набирая высоту. Новак бросил последний взгляд на береговую линию Флориды, пока она не исчезла под облаками.
Несколько минут самолет пробивался сквозь белую мглу, а затем ярко засияло солнце. На горизонте, словно огромный базальтовый утес, маячил ураган "Хильда".
Глаза у Новака вылезли из орбит.
- Вот так чудище! - воскликнул он. - Прямо из книжки "Бермудский треугольник"!
Пока они летели вдоль побережья, оба были заняты, сейчас же в их распоряжении было минут десять, когда они могли немного отдохнуть и перекинуться словом.
- Что ты об этом думаешь? - спросил Кэнтрел, выравнивая самолет.
- О Бермудском треугольнике? - Новак открыл новую пачку пузырящейся жевательной резинки. - Не знаю, вроде смешно верить в весь этот бред Атлантида и всякое такое, но ведь в здешних местах действительно происходят чудеса...
Кэнтрел включил автопилот, вытащил сигару и откусил кончик.
- Что ты имеешь в виду? - спросил он, прикуривая от большой бензиновой зажигалки "Зиппо" в серебряном корпусе, черной эмалью на ней были изображены игральные кости.
- Ну, возьмем для начала Фицпатрика. Что с ним произошло?
Кэнтрел пожал плечами.
- Ты же слышал, что об этом говорили на инструктаже.
- Болтали, что он вроде бы выбрался на берег? - Новак надул из жевательной резинки большущий пузырь, и он лопнул. - А я тебе говорю: этот бедолага и в глаза не видел острова. Ведь шлюпка-то его осталась на борту, кумекаешь? А пушка? Даже если он отправился вплавь, все равно нужно быть круглым идиотом, чтобы не захватить с собой пистоль!
- Надо быть круглым идиотом, чтобы пытаться справиться со Снэйтом в одиночку. А раз у него в голове не мозги, а опилки, то он и про пушку мог забыть.
- Ну ладно, а что ты скажешь про те пять военных самолетов, которые в сорок пятом году бесследно пропали где-то между Флоридой и Багамскими островами?
- Это ты про девятнадцатое звено? - Кэнтрел выпустил струйку дыма в потолок. - Да просто их командир потерял ориентировку, и у них кончилось топливо.