И хотя самая высокая точка острова Гиппократа находилась над уровнем моря не более чем на сорок футов, эксперты из Национальной лаборатории по изучению ураганов предсказали, что в эпицентре урагана "Хильда" барометрическое давление будет приблизительно в половину ниже нормального.
Это означало, что десантники будут приземляться на парашютах с такой же скоростью, как если бы они опускались на гору высотой в девять тысяч футов. Каждый парашютист, приземляющийся на твердую поверхность, окажется просто счастливчиком, если не сломает себе ногу, а то и обе.
Поэтому, чтобы дать десантникам возможность приземлиться компактной группой и маневрировать при приземлении, выбирая более мягкую почву, остановились на затяжных прыжках. Снабженные хорошо управляемыми высотными парашютами, а также специальными высотомерами, учитывающими возможные перепады давления при спуске, обутые в специальные башмаки, гасящие силу удара о землю, десантники совершат прыжок на высоте десять тысяч футов и, достигнув в свободном падении высоты в две тысячи футов, раскроют парашюты.
Такая тактика имела определенные преимущества: с того момента, когда десантники покинут самолет, и до того, как они раскроют парашюты, их не увидят с земли. Когда же раскроются парашюты, им потребуется менее двух минут, чтобы опуститься на землю, и тут уж они сумеют постоять за себя.
После того как Новак подтвердил, что и высота и скорость самолета соответствуют запланированным, Экланд вернулся в салон.
В салоне ощущался резкий запах рвоты и пота. Большинство десантников уже поднялись со своих мест и проверяли крепление всех застежек и крючков.
Экланд направился к медикам, занимавшимся двумя десантниками, которых укачало сильнее остальных. Один из них лежал на полу с кислородной маской на лице. Другой - майор с гладко выбритой головой, напоминающей бильярдный шар, - сидел рядом.
- Как вы себя чувствуете? - спросил Экланд.
- Мне кажется, все в порядке, - ответил майор, стараясь говорить как можно бодрее.
- Будете прыгать?
Майор кивнул.
Люк для прыжков приоткрылся, и в самолет ворвался холодный воздух.
- Вы уверены? - громко спросил Экланд, стараясь перекричать шум моторов.
Ослепленный внезапным светом, майор отвернулся.
- Уверен, уверен! - крикнул он в ответ.
Экланд вопросительно взглянул на медиков, но те только пожали плечами.
Рев моторов немного стих, и в динамиках раздался голос Новака, сообщавшего, что они будут над заданной точкой через три минуты.
Люк открылся полностью, и Экланд вместе с майором и десантником, к шлему которого была прикреплена кинокамера, подошли поближе и заняли свои места рядом с сержантом - старшим в команде.
- Две минуты до расчетной точки, - прозвучал голос из динамика.
Экланд чуть-чуть ослабил ремни парашютных ранцев и спустил на глаза защитные очки.
- Минута до расчетной точки!
Через открытый люк Экланду была хорошо видна лежащая на боку грузовая шхуна.
Голос в динамике начал отсчет секунд:
- Девять, восемь, семь...
Сигнальные огни из красных стали зелеными.
- Шесть, пять, четыре...
Экланд сделал глубокий вдох и весь напрягся.
- Три, два... один!
- Пошел! - закричал старший.
Экланд нырнул в люк, и его подхватил свистящий поток воздуха. Комбинезон трепетал на ветру. Экланд развел в стороны руки и ноги, придав телу форму креста, и прогнул спину, чтобы стабилизировать центр тяжести. Он падал вниз, словно огромная хищная птица, внимательно глядя сквозь очки вниз, пытаясь обнаружить какие-либо признаки жизни.
Майор прыгнул далеко не так безукоризненно. Как только он встал со своего места, ноги у него начали дрожать и кожа покрылась холодным липким потом. Подойдя к люку и встав в затылок Экланду, он вдруг почувствовал, что почти теряет сознание, и, когда Новак отсчитывал последние секунды, майор решил не прыгать, несмотря на то что после Экланда он старший по званию в этом подразделении.
Если с ним что-то случится при приземлении, он не только не окажет помощи в бою, но и будет в тягость всей группе. Так что лучше остаться в самолете, решил он про себя: у него хватит дел и когда "Буффало" приземлится на острове.
Майор хотел было сказать об этом Экланду, но тут прозвучал приказ прыгать.
Как только Экланд исчез в люке, сержант повернулся к майору.
- Пошел!
Майор медлил.
- Пошел! - закричал старший по команде и, решив, что майор в последний момент испугался, с силой толкнул его в спину.
В ту же секунду майор почувствовал, что валится вниз. Он увидел удаляющуюся нижнюю часть фюзеляжа, а еще через секунду - море.
Майор забарахтался, тщетно пытаясь стабилизировать тело в свободном падении. Но чем больше он предпринимал усилий, тем быстрее вращалось его тело.
Продолжая свободное падение футах в тридцати левее майора, Экланд вдруг заметил какой-то темный предмет, стремительно пронесшийся мимо. Экланд принял его за контейнер с оборудованием, который сбросили почему-то слишком рано. Потом все понял.
- Дергай за кольцо! - крикнул он. - Дергай кольцо!
Но все было уже бесполезно. Если майор и слышал Экланда, к этому времени он уже настолько потерял ориентировку, что не знал, где искать спасительное кольцо.
И тогда Экланд решил, что в данной ситуации единственно возможное догнать падающего майора и открыть его парашют.
Наклонив корпус вправо, Экланд свел вместе пятки и чуть отставил назад руки, придав телу форму ласточки. Скорость падения стала расти. Чем ближе подводил он руки к телу, тем больше становилась скорость падения.
Он поравнялся с майором и попытался обхватить его руками, но, несмотря на все старания, ему это не удалось - тело майора, продолжая вращаться, вырывалось из рук.
Земля приближалась с угрожающей быстротой, и Экланд понял, что еще несколько секунд, и ему самому уже будет поздно открывать парашют, даже если удастся открыть парашют майора.