Иначе он бы не приперся сюда.
Кстати, где его визитка?
Игорь как раз убирает барную стойку, смахивает в пакет мусор. Едва он отворачивается, я достаю кусочек картона и прячу в карман передника.
Можно ведь просто попробовать. Да, я училась больше десяти лет не для того, чтобы навязывать пациентам глупые процедуры. Но и не для того, чтобы по сто раз переделывать раф.
В конце концов, если достиг дна, стоит хотя бы попытаться оттолкнуться.
Глава 7
Я опаздываю на непростительные для любого собеседования десять минут и чувствую себя из-за этого ужасно.
Бегу от станции метро!
Это мое первое собеседование за много лет. Несмотря на то что работа в «Эккерт-про» не была моим добровольным выбором, я не собираюсь относиться к ней легкомысленно.
Как не относилась и ни к одной другой своей работе.
А ведь проснулась я, как обычно, в шесть. Нужно было успеть собраться и заодно созвониться с несколькими пациентками. В конце концов одну из них я решила навестить лично. Участковый хирург заверил, что все в порядке, однако мне не понравились швы на фото. Наверное, стоило отложить поездку на послеобеденное время, да только я понятия не имела, как скоро освобожусь. Сейчас Марина уже едет на скорой, а я хоть и бегу в мыле (даже запыхалась чуточку), но зато спокойна за пациентку.
Всех моих девочек отдали другому хирургу, за ними есть кому присмотреть. И все же... не получается отказать, когда звонят и просят консультацию. Я их оперировала, и я несу ответственность за их реабилитацию. Разве не так?
В случае с Мариной Толмачевой немного не рассчитала время. Пока добралась, пока осмотрела, пока дождались бригаду...
Вот блин, как я могла просчитаться? Ясно представляю себе убийственный взгляд Эккерта.
— Обязательно скажите о головных болях лечащему врачу! — даю очередную рекомендацию по телефону. — Это ожидаемая реакция, но вам не стоит терпеть! — рядом четырехполосная дорога, и мне приходится кричать.
— А вы можете посоветовать таблетки? Алена Андреевна, я доверяю только вам.
Задумываюсь на мгновение.
— Я... нет. Матвеева хороший врач, не переживайте. Я уверена, она пропишет тот же препарат, который посоветовала бы и я!
Пару минут мы обсуждаем ситуацию, лечение и Матвееву, после чего прощаемся, и я вскидываю глаза.
Вау.
Грудь быстро вздымается, пульс частит.
Передо мной четырехэтажное стеклянное здание — самая первая клиника «Эккерт-про», она же — ядро сети. На парковке у входа стоят шикарные машины: я, честно говоря, даже затрудняюсь назвать марки.
Именно здесь ведет прием главврач, и здесь у меня состоится собеседование, право на которое я, видимо, уже утратила, страшно опоздав.
Это больно. Но будет глупо не зайти, раз уж приехала.
Я так спешу, что едва успеваю оценить красоту сверкающего холла, удобный низкий пандус, приятную тишину, которой никогда не было в вестибюле моей больницы. Натягиваю бахилы, подбегаю к стойке регистрации...
Приходится постоять в очереди, прежде чем мне удается поймать взгляд девушки и сообщить, что у меня собеседование.
Мы поднимаемся на лифте на четвертый этаж и попадаем, как я догадываюсь, в административный блок. Пациентов здесь нет.
Идем по мраморному коридору.
Одна из дверей по пути открыта, и я отмечаю, что кабинет в два раза больше ординаторской в госке. Пять девушек что-то активно обсуждают, рассевшись на подоконниках. Смеются. Я читаю табличку: «Пиар-отдел».
Очевидно, именно здесь снимают те завлекательные ролики из рекомендаций. Модная музыка, мужчина в исключительном костюме и надпись: «Экспертная урология. Мы позаботимся о том, что не принято указывать в резюме». Господи.
Однажды мы так смеялись с Лизой и Мироном. Подобрали им еще парочку вариантов.
Например, «Эккерт-про: хочешь, чтобы стояла не только твоя фамилия в списке «Форбс»?», «Твой главный враг — гравитация? Мы знаем, как ее одолеть!». Ну и так далее.
Теперь я тут.
У них и массажное кресло есть. Ого.
Администратор предлагает чай, кофе, лимонад, после чего я скромно присаживаюсь на диванчик у кабинета главврача.