Позади сигналят. Я показываю: проезжайте, босс. Ну же.
Эккерт вновь мигает фарами, на этот раз, клянусь, злобно. Опять сигналят.
Нашел время демонстрировать джентльменские замашки!
Я резко жму газ и паркуюсь на его месте — самом близком и самом удобном. В следующий раз пусть трижды подумает, прежде чем устраивать шоу.
Тимуру достается место Дениса, которое выделили мне (через отдел кадров, разумеется), пока тот повышает квалификацию в Питере.
Я немного копаюсь, перед тем как выйти на улицу, и к клинике мы с главным подходим одновременно.
— Здравствуйте.
Сегодня столько снега. Вы, кстати, рано. Начнем с Петра? Я за него волнуюсь.
— Здравствуйте.
«Я вам нужна? Во сколько приступим? Я буду готова к семи», — шлю мысленные сигналы.
Волосы и плечи Тимура щедро присыпаны снегом, выражение его лица не самое жизнерадостное. Администратор Татьяна хмуро отхлебывает кофе, ожидая сменщицу. Я люблю, когда работает Рита, она самая веселая.
— Татьяна, все в порядке? — спрашивает Эккерт после скупых приветствий.
— Без происшествий, Тимур Михайлович. Пациенты спали, Руслан Сергеевич ни разу не спускался.
— Хорошо.
Я надеваю бахилы и отправляюсь в раздевалку. Эккерт обычно переодевается в своем кабинете, поэтому сразу шагает к лифту.
Сняв пальто, пользуюсь уединением и звоню Марине, которую в день моего собеседования положили в больницу. Минут пять мы обсуждаем ее самочувствие, я одобрительно хмыкаю, рассматривая фото шва.
Именно в этот момент приходит сообщение в корпоративный чат, куда меня добавили против воли.
Проигнорировать его не получается, потому что я как раз вглядываюсь в экран. Окошко всплывает прямо перед глазами.
Татьяна: «Точно-точно, они вместе приехали. Вот почему он ее взял. Довольный, как кот!»
Так. Что?!
Я быстро открываю тот чат, но сообщение уже удалено. Оно провисело буквально секунду, будто Татьяна спросонья ошиблась чатами.
Разнервничавшись, я крепче сжимаю мобильник.
Это обо мне, что ли? Сразу вспоминается тот нелепый случай, когда нас застукала Арина.
Как неприятно. Однако намного больше меня поражает, что Эккерт кому-то мог показаться довольным. Чего только не привидится после ночной смены, я все понимаю, но такое?..
Закончив с пациентами, я переодеваюсь в хирургичку, связываю волосы и, взглянув в зеркало, накидываю халат.
Проходя через вестибюль, ощущаю на себе пристальный взгляд Татьяны. Ей явно неудобно, и она пытается выяснить, успела ли я прочитать. В любое другое время — точно нет.
— Алена Андреевна, вы будете кофе? — спрашивает она, голос звучит до смешного высоко.
— Да, пожалуйста. Я буду в ординаторской ждать команды Тимура Михайловича.
— Сейчас же принесу! Такой день сегодня снежный. Сильные пробки?
— Я выехала в шесть, дорога была пустой.
Хорошо бы прекратить нелепые слухи. Но иногда лучше ничего не делать. Не будет поводов, не будет болтовни — разве не так?
Я поднимаюсь в лифте и иду в ординаторскую. Нужно подготовиться к обходу с «довольным котом».
***
В семь тридцать мы с холодным, как айсберг в океане, Эккертом заходим на третий этаж в стационар. Тимур молчит. Идеально сидящую одежду он спрятал под простой белый халат, в котором успешно притворяется обычным врачом.
Интересно, если продать его машину, мне хватит погасить долг? Я совсем в этом не смыслю.
Обходу обычно предшествует короткая летучка у поста медсестер. Нас встречает старшая — достаточно строгая женщина лет пятидесяти по имени Анна Никитична. Она без суеты пробегается по ночным событиям. Отмечает, у кого была температура и как шла инфузия. Эккерт задает пару уточняющих вопросов. Я по большей части молчу, слушаю.
Побрызгав антисептик на руки, мы начинаем с первой палаты.
Она на двоих, но сосед сейчас на УЗИ, и Петя коротает время в одиночестве. Он такой милый парень (вдобавок спортсмен), что мы с Еленой между собой зовем его именно Петей.