— Лиса, признайся, вчера после того, как ты сбежала из столовой, ты здесь одна наклюкалась? — захохотал кто-то из товарищей.
— Если бы, — вздохнула Алиса.
— Выглядишь паршиво, подруга, — этот голос был женским, но от гула в голове Алиса даже не пыталась вспомнить, кому он принадлежит.
— Да это у нее откат после трудовой недели. Она жа с полтыщи человек наверное грохнула за последний месяц. Вот же потрясная работа для маньяка.
— Это не люди, — прошептала Алиса и пошатываясь вышла из комнаты.
— Ты куда? — этот голос она не могла не узнать, это был Саша. — Тебе плохо?
— Наша Лиса наверное перебрала вчера и ей срочно требуется намочить голову, да и глотку тоже.
— Не задерживайся, скоро завтрак.
Освежившись и почувствовав себя немного лучше, Алиса поплелась в хвосте процессии в столовую. В голове все еще гудело и поэтому она не поднимала глаз от пола под ногами. Ноги товарищей мелькали как в кошмарном сне и то и дело к горлу подкатывала тошнота.
На сей раз в столовой было практически пусто и, усевшись на свое место перед подносом и слыша только позвякивание посуды, Алиса испытала облегчение. А когда перед глазами перестали плавать пятна, то и тошнота отступила. Вместо нее остался голод.
Тяжело вздохнув, Алиса взяла кусок хлеба и ложку, и принялась завтракать. Подняв наконец голову, она огляделась. За одним с ней столом, утратив все веселье, сидели товарищи по отделению. По нынешнему. Их лица были едва знакомы, хотя они вместе уже больше трех или четырех недель. Алиса давно перестала пытаться что-либо запомнить. Надо же, она и имен не помнит. Даже позывного заместителя командира не знает. Только Сашу и знает. Он, как возможно и положено командиру, сидел во главе стола. Он будто почувствовал на себе ее взгляд и поднял глаза. Алиса расфокусировала зрение и посмотрела над правым плечом Александра, стараясь сделать вид, будто бы именно туда она и смотрела. Потом она медленно повернулась к своей тарелке. В поле зрения попала половина отделения, сидевшая по другую сторону стола.
И что-то во всех них было не так. В каждом, начиная с Александра. Бегающий взгляд, даже если он смотрит только в свою тарелку. И вдобавок к этому лихорадочный блеск в глазах. И даже будто бы испарина на лбу. У каждого. Может быть они все больны. Сердце застучало в груди, в ушах, скорее даже затрепетало. Все люди, окружающие ее вдруг стали ненормальными, как тогда, когда, как ей показалось, что Саша перестал быть человеком. Вот и сейчас перестал.
Замерев, Алиса выпрямилась в струну, не в силах отвести взгляд со своих товарищей, точней с тех, кем они обратились. Но что же с ними случилось. Ругая себя за то, что практически полностью отключила интерфейс, и теперь, будучи в панике, она никак не могла активировать его. От отчаяния она чуть не заплакала. Хорошо хоть, занятые разъяснением какой-то новой тактики при работе малыми группами, сослуживцы не смотрели в ее сторону.
— Алиса, тебе плохо? — спросил вдруг Александр.
И все взгляды разом устремились на нее.
— Да, да, — прохрипела она, приподнимаясь на лавке. — Мне бы прилечь, — она принялась неловко из-за стола. — Разрешите идти.
— Разрешаю, — отозвался Александр. — Может лучше в медчасть? Давай тебя проводят. Стрела, Каланча, проводите Лису…
— Нет-нет, не надо. Все в порядке. Я полежу, а если не станет лучше, схожу в медчасть. Я сама дойду. Вы ешьте.
И стараясь идти прямо и не сутулиться, хотя опять накатили тошнота и головокружение, она направилась к выходу из столовой. Не заметив как, добралась до казармы. Там привалилась спиной к стене и медленно сползла на пол. Голова заболела неистово, до звона в ушах. Пол качался перед глазами и ничего не оставалось, как закрыть их и стискивать голову руками.
А потом боль резко прошла, от этого в голове стало как-то совершенно пусто. Вместе с болью прошла и паника.
Поднявшись на ноги, Алиса подошла к окну и приложила все еще слишком горячий лоб к прохладному стеклу. На плацу, большая часть которого была видна чуть наискосок, занималось несколько отделений. Алисе вдруг стало интересно, что это за люди и она уже привычным мыслительным усилием включила интерфейс. Никакого отклика не было. Перед глазами не появились знакомые линии и знаки, не было и информации. Но при этом Алиса четко поняла, какие отделения занимаются, и чем именно. Знала состав групп и их командиров. Каждого. Угол зрения как будто бы не изменялся, но она могла видеть каждого присутствовавшего, и даже весь плац, хотя часть его скрывалась за соседним корпусом. И на другом плацу Алиса всех видела, за гаражами. При этом Алиса осталась неподвижна. Она все так же прижималась лбом к стеклу и смотрела в никуда.